Views
2 weeks ago

«Новая газета» №38 (среда) от 11.04.2018

Выпуск от 11.04.2018

16

16 «Новая газета» среда. №38 11. 04. 2018 Злополучный «Невский пассаж» Жители 270-тысячного Петрозаводска пристально следят за противостоянием обитателей 5-этажки и бизнесменов, пристроивших к их дому магазин. На стороне жильцов — судебное решение о сносе. На стороне бизнесменов — неспособность власти исполнить постановление суда. Г лава Карелии Артур Парфенчиков выложил на странице в «ВКонтакте» пост об инспекции улиц Петрозаводска, призвав горожан следить за чистотой. А в ходе развернувшейся дискуссии чиновник сравнил жертв трагедии в Кемерове с неубранными урнами. Так и написал глава региона: «У неубранной урны перед аптекой и сгоревшими детьми в Кемерове корни и причины одни и те же, последствия только разные. Пофигизм, равнодушие и низкая культура…» На возмущения подписчиков Парфенчиков, который лично ведет свою страницу, ответил: «К сожалению, это корректные сравнения. И порядок можно наводить только в системе, когда есть неприятие и переполненной урны перед общественным учреждением, и перед нарушением правил пожарной безопасности в самом этом учреждении». Глава Карелии явно переборщил. Выпускник юрфака Ленинградского университета не может не понимать, что есть огромная разница между «неприятием» простых россиян и «неприятием» чиновников. Более того, Артур Парфенчиков, еще до назначения главой Карелии, будучи руководителем Федеральной службы судебных приставов (ФССП), сам оказался соучастником истории противостояния жильцов пятиэтажки с бизнесменами, которые пристроили к их дому магазин. Неприятие жильцами произвола, игнорирования строительных, санитарных, противопожарных и прочих мер поддержала и судебная власть. Есть решение Петрозаводского городского суда о сносе пристройки, оставленное в силе Верховным судом Карелии. Но судебное решение не выполнено — не смогли добиться этого судебные приставы. Н ачалась эта история весной 2010 года, когда известные в Петрозаводске бизнесмены Игорь и Андрей Цмугуновы, несколькими годами ранее выкупившие магазин на первом этаже дома № 30 на проспекте Невского, буквально за пару месяцев возвели пристройку площадью около 800 кв. метров. В пристройке заработал магазин «Невский пассаж». Но еще до его открытия один из жильцов обратился в суд. И 15 декабря 2010 года было вынесено решение о сносе пристройки. Братья-бизнесмены тут же обратились в суд с ходатайством об отсрочке исполнения решения: мол, снести смогут только летом, потому что необходимо отключить дом от теплоснабжения и канализации. Рассмотрение ходатайства затянулось на год. За это время бизнесмены успели договориться с истцом, который отозвал исполнительный лист, выгодно продал свою квартиру и уехал из Карелии. И 12 декабря 2012 года бизнесмены добились выдачи разрешения на эксплуатацию «реконструированного объекта капитального строительства». Вскоре в суд поступил новый иск о сносе пристройки, уже коллективный. К иску присоединилась и прокуратура. 20 сентября 2013 года Петрозаводский городской суд вновь рассматривал дело о пристройке и вновь удовлетворил иск, обязав братьев Цмугуновых демонтировать самострой. В апреле 2014 года Сергей МАРКЕЛОВ — специально для «Новой» Фото автора Памятник слабой власти Верховный суд Карелии оставил в силе решение городского суда. Но решение суда, повторюсь, до сих пор не исполнено. И нет видимых признаков, что пристройку собираются сносить… Правда, сейчас в ход пошли иные аргументы «защиты»: якобы при сносе пристройки может рухнуть весь дом, что необходим проект, а для этого нужно найти около пятнадцати миллионов рублей. А их у судебных приставов нет. Живущий в злополучном доме 71-летний Михаил Гошкиев, работавший и прокурором Ленинского района Петрозаводска, и федеральным судьей, говорит, что все эти аргументы надуманные. Потому что есть экспертиза, из которой следует: «Невский пассаж» можно снести без ущерба для дома. Нашелся даже спонсор, готовый выделить необходимую сумму. Но в службе судебных приставов отмахнулись от помощи — нет правовых возможностей принять эти деньги. Больше всех маются жильцы квартир на втором этаже, окна которых выходят на крышу «Невского пассажа». Из окна квартиры 86-летнего Николая Бакинова я совершенно спокойно выбрался на крышу пристройки — она от подоконника на расстоянии сантиметров 30–40. При этом скос крыши — в сторону квартир. А покрыта крыша каким-то пружинистым материалом, залитым то ли строительной смолой, то ли битумом. Еще в 2014 году Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Карелия произвел забор воздуха на крыше и в квартире Бакинова. Экспертиза показала: концентрация фенола и формальдегида превышает ПДК. И летом, когда крыша раскаляется, квартира ветерана превращается в ад. Николай Бакинов в своей квартире с видом на крышу О неуважении к судебной системе, выразившейся в откровенном саботировании исполнения судебного решения, мне удалось поговорить с главой Карелии и бывшим главным российским судебным приставом Артуром Парфенчиковым. — Сильный президент — сильная Россия? — спросил я. — Конечно! — согласился глава Карелии. — Эту формулу можно спроецировать на регионы? Сильный глава — сильный регион? — Наверное… — Если в Карелии уже столько лет не могут выполнить решение суда и снести пристройку к дому — «Невский пассаж», это потому, что власть в регионе слабая? — Это потому, что все должно делаться по закону, — парировал Парфенчиков. — Но есть судебное решение, почему оно не выполняется? — Я понимаю, но решение суда требует соблюдения определенных процедур. И не всегда эти процедуры таковы, что дают возможность быстро выполнить судебное решение. Наша задача не только выполнить судебное решение, но и сделать это в жестких рамках закона. Когда я был главным судебным приставом России, я пытался выполнить судебное решение, но у меня не получилось. Там очень много проблем, которые заложены в самом судебном решении. И обойти их невозможно процессуальными методами. А заниматься правовым произволом я не буду. Приставы убеждают жителей: если исполнить решение суда, их дом рухнет. Жильцы уверены: рухнет не дом, а чей-то бизнес Т о, что Артур Парфенчиков еще до назначения главой Карелии занимался «Невским пассажем», — правда. Поскольку война с этой пристройкой уже давно вышла на федеральный уровень: исполнительный лист передан в центральный аппарат ФССП как особо сложный «кейс». Но даже это не помогло. — Успокойтесь вы с «Невским пассажем», — посоветовал мне Парфенчиков. — Найдите мне строителя, который возьмется снести часть здания, в котором живут 80 семей. Нет проекта, потому что здание было построено в 60-х годах и восстановить в первозданном виде дом невозможно. Потому что сейчас и нормы другие, и материалы… — Выходит, что возвести пристройку можно, а снести нельзя? Глава региона говорит, что это заколдованный круг. За время работы главным приставом России я снес тысячи объектов. Я в Сочи за две недели 7-этажные дома сносил… А здесь нет правовых механизмов заставить ответчиков исполнить решение суда. Михаил Гошкиев, который знает главу региона с 1986 года, еще с тех времен, когда работал прокурором Ленинского района Петрозаводска, а Парфенчиков проходил у него стажировку, считает, что его бывший стажер лукавит: — Еще в 2010 году суд установил, что к коммунальным сетям пристройка подключена автономно от дома. Почему приставы не отключают подачу тепла, воды, канализацию «Невского пассажа»? Вернувшись из командировки, я пытался задать этот вопрос приставу из центрального аппарата ФССП Сергею Виноградову, в чье производство передан исполнительный лист. Но от разговора Виноградов уклонился, сославшись на ведомственные инструкции. В отличие от главы Карелии Артура Парфенчикова, который пытался убедить меня, что жильцам и бизнесменам надо выходить на мировое соглашение, — иного выхода из этого заколдованного круга нет. — Суду же трудно признаться, что они ошиблись… — заключил Парфенчиков. Хотя вполне возможно, что ошибся именно он, когда работал еще главным судебным приставом России: не перепроверил подчиненных, поверил на слово, но озвучил-то мысль о невозможности сноса именно он. И стал заложником своих слов. А Петрозаводск продолжает наблюдать за развитием ситуации вокруг «Невского пассажа», который уже превратился в городскую достопримечательность. Или памятник. То ли безвластия, то ли абсурда. Ирек МУРТАЗИН, спец. корр. «Новой», Петрозаводск–Москва

смотрите, кто «Новая газета» среда. №38 11. 04. 2018 17 В интервью «Новой» Всеволод Чаплин поделился своими планами на очищение церковного организма и дал новое объяснение причин своего конфликта с патриархом. Г лавной причиной отставки Чаплина накануне Нового, 2016 года было резкое несогласие с позицией патриарха по Украине. Конфликт достиг таких масштабов, что патриарх не только уволил протоиерея, но и распустил возглавляемый им Синодальный отдел, слив его с Информационным отделом, которым руководит Владимир Легойда. О. Всеволод, имевший репутацию «апостола войны», призывал к открытой поддержке со стороны РПЦ «ополчения Донбасса» и чуть ли не к анафематствованию «киевской хунты». Патриарх же Кирилл, боясь потерять 14 тысяч приходов Московского патриархата на Украине, что составляет почти половину всей РПЦ, пытался вести более сбалансированную игру. Даже «присоединение Крыма» Московская патриархия формально не признала: три ее крымских епархии остаются в составе Украинской православной церкви и подчиняются автономному синоду в Киеве, а не центральному синоду в Москве… Сейчас Чаплин выступает с новой программой борьбы с ересями и моральным разложением духовенства, для чего возглавил Церковно-общественную комиссию по исследованию нарушений святых канонов и церковного устава. Она объединяет как клириков, так и мирян, причем часть выступает анонимно, боясь репрессий священноначалия, а часть — открыто. — Кто входит в вашу комиссию? Какими методами вы намерены бороться с «беззакониями»? — Нашу комиссию организовало несколько человек, в том числе священник одной из недалеких от Москвы епархий (он не подписывал пока наших документов), лидер Союза «Христианское возрождение» Владимир Николаевич Осипов, господа Друзь, Морозов, диакон Илья Маслов. Очень много споров было относительно формата, одни предлагали создать профсоюз священнослужителей, другие — что-то еще. У меня с самого начала была идея подтянуть некоторое количество либеральной общественности. Но она либо предлагала неприемлемые фигуры вроде Сергея Бычкова, либо призывала слишком сузить темы, оставляя только борьбу за права попов. Мне лично эта тема интересна меньше всего. Я вижу, что значительная часть лидеров «непоминающих» (протестное духовенство, отказавшееся поминать на службах патриарха Кирилла. — А. С.) стремится только создавать альтернативные площадки для совершения треб и зарабатывания денег. Это шкурническо-правозащитное движение мне меньше всего нравится, потому что надо ставить более принципиальные вопросы. — Так против каких именно нарушений собирается бороться комиссия? — Приоритетные темы: соблюдение канонов и церковного устава, исключение любых личностей, связанных с откровенным и беспардонным нарушением как канонических правил, так и уставных норм. Я считаю, что нормы Евангелия, канонов и действующего устава не могут игнорироваться. Некоторое извинение могло иметь место в условиях несвободы или диаспоры, но для свободного православного народа, живущего в нестесненных условиях, такого извинения нет. Протоиерей Чаплин готовит «Черную революцию» Церковный диссидент будет бороться с церковным руководством его же оружием — канонами и уставами Вот выдавят меня из церкви — тогда буду искать, куда пойти, но удаляться сам не собираюсь « РИА Новости — Вряд ли церковное начальство будет исполнять ваши требования — ведь именно это начальство вы в основном и обличаете? Что в таком случае остается: апеллировать к власти, к гражданскому обществу? — Да, мы считаем, что изменить образ жизни и отношение к вероучительным нормам, к церковным правилам в обществе возможно — в этом нас убеждают примеры религиозного сионизма и Исламской революции в Иране. Но мы пока стараемся избегать уж самых грязных тем вроде свидетельств о поиске некоторыми клириками гомосексуальных партнеров, хотя к нам поступают такого рода импульсы. Если они будут доказательными, займемся и этим. Очень часто эти импульсы связаны со сплетнями, с фальсифицированными материалами, особенно когда источник является анонимом. — Чем для вас является экуменизм, который последние 60 лет активно поддерживает РПЦ? — Я считаю экуменизм ересью. Вопрос о предании экуменизма анафеме должен быть обсужден на Соборе. Причем осудить следует не только эку- « менизм как практику, но и экуменический язык, экуменическое наследие в нашем богословии. Это надо обсудить с участием либеральных и консервативных кругов. Я убежден, что если всем дадут высказаться, если не будет давления на подбор участников, что его святейшество любит делать, тогда станет ясно: абсолютное большинство людей в нашей церкви выступает против экуменизма. Не может быть двух церквей, двух истин. Не могут быть одинаково истинными взаимоисключающие утверждения. Вместе с тем я считаю, что сделали ошибку все те, кто сегодня пошел в альтернативные православные группы. Вот выдавят меня из церкви — тогда буду искать, куда пойти, но удаляться сам не собираюсь, потому что нам нужно бороться за очищение и возвращение логики в большой церковный организм. Кроме того, мне известно, сколько грязи в этих альтернативных организациях, в некоторых случаях больше, чем в РПЦ. Известно, как они дробятся, как быстро переходят на положение маленьких песочниц, где люди заняты мелкой коммерцией. Большая трагедия произошла с частью тех священников, которые после Гаванской встречи (патриарха Кирилла с папой римским Франциском в феврале 2016 г. — А. С.) ушли из Московского патриархата. Они оказались ведомы теми, кто искал способ независимого зарабатывания денег. — Что уже сделала комиссия? — Мы приняли 5 документов, в том числе письмо патриарху о недопустимости отстранения духовенства устными распоряжениями, иски в суды Московской и Петербургской епархий против создателей фильма «Матильда» и т.п. Но для того, чтобы судиться с епископами, нужно преодолеть серьезную проблему: иск к епископу может подавать только клирик епархии этого же епископа либо церковная институция епархии. Сейчас мы спорим со справедливостью этого положения. Получается так, что на епископа может подать только подчиненное ему лицо. — Значит, вы как клирик Московской епархии можете подать только на патриарха? Собираетесь ли вы это сделать? — На своего епископа (патриарха) я пока не планирую подавать. Нет однозначно очевидного повода. Подписанная им Гаванская декларация — спорный вопрос, это остаточный экуменический язык, от которого постепенно стали отказываться после скандала, возникшего в результате декларации. Я считаю это большим достижением, только отказаться от этого языка надо на уровне прямых формулировок, а не втихую. Нужно добиться того, чтобы было ясно сказано о так называемых католиках и протестантских группах, которые уходят все дальше от христианства, — являются ли они церквами. В свое время мы разработали проект документа об отношении РПЦ к нехристианским религиям, но он был заблокирован по прямому указанию тогдашнего митрополита Кирилла. Конечно же, православный человек не может считать, что мы верим в одного Бога с мусульманами или иудаистами. — Как реагируют патриархия и церковный суд на ваши обращения? — В ответ на наши обращения избрана тактика молчания, на наши обращения и заявления суд не отвечает. Процедура обжалования в некоторых случаях есть, но она не касается отказов от передачи дел в церковный суд. Однако есть случаи тяжких нравственных поступков, когда можно вспомнить, что некоторые из этих проступков являются экономическими, уголовными преступлениями, и тут молчание не может быть вечным, потому что есть российские и международные инстанции, куда эту информацию можно направить. Если где-то арестуют счета, это подействует. Сейчас мы взяли некоторую паузу и изучаем информацию, которая приходит от разных людей. Есть очень интересные случаи. Александр СОЛДАТОВ — специально для «Новой»