Шевченко, Т. Г. Гайдамаки

w 

/ 

£ 

I 

ft"' 

p X 

: -r''4!''#'t:^-:a- 

-HUj- 

'l 

U 

x . V r - r : - : . „ . . y y y ^ 

' = Ш « : М У , 

щ . „ \ . , ^ ; Г ! Щ 

'

■‘Я 

a- , ■':,'V ■- 

7 , Л' , .-it., 

Ш 

,(?;Г 

I.’ ■'• 

■■‘ 4 ' '■ 

1

In .

m - i } . 

т. г. ШЕВЧЕНКО 

г 

ГАЙДАМАКИ 

ПЕРЕВОД 

БОРИСА ТУРГАНОВА 

СГ> 

' 

ь. а 

г J 9 4 -W • 

/ • г . 

ИЛЛЮСТРАЦИИ 

А.СЛАСТЕНА 

I У / 

Районная библиотека 

\ 

мишени Н£КР 

-■' -^Ч-- 

А ,• 

СОВЕТСКИМ ПИСАТЕЛЬ 

МО с к ВА 

MCMXXXIX

in—37 

Переплет, титул и орнаиеятация книги 

художника А. Морозова—Лас

ТАРАС 

ШЕВЧЕНКО 

И ЕГО 

ПОЭМА 

ТАЙДАМАКИ> 

-9 0 - 

В автобиографии великого поэта украинского народа Тараса Григорьевича 

Шевченко находим следующие слова: «...И стория моей жи:ип* 

составляет часть истории моей родины». 

С этим утверждением нельзя не согласиться. В биографии Шевченко,' 

, в его трудпо,м жизненном и творческом пути отразилась судьба его родины, 

Украины, находившейся под невыносимым гнетом крепостного права и 

самодержавия. 

Через творчество Тараса Шевченко проходит одна основная линия 

—пламенная любовь к отечеству, замученному врагами. Он пронес 

через всю жизнь ярую ненависть к царству «неудобозабываемого Тормоза»,* 

как он иронически называл Николая I. Сердце поэта горело гневом и ж аж 

дой борьбы за освобождение трудового народа. К этому звал ои в своих 

стихах и поэмах, в своих русских повестях на всем протяжении своей, 

к сожалению, недолгой жизни. Иногда страдания переполняли его сердце— 

и тогда из груди вырывались стоны и жалобы. Однако это не означалослабости 

и усталости. Ни тяжелое детство, ни тюрьма и ссылка, ни нужда 

и лишения не ослабили его революционного пыла. Он преодолевал все 

запреты писать и рисовать, и к нему как нельзя лучше применим героический 

облик Прометея, созданный поэтом в поэме «Кавказ». Орел самодержавия 

клевал и разрывал на части сердце Прометея— Шевченко. 

— 3 —

Однако этот орел 

Разрывает, но живучей 

В нем не выпьет крови; 

Сердце снова оживает 

И смеется снова. 

Не умрет и наша правда, 

Не умрет и воля... 

Вера в бессмертие правды и воли родного народа окрыляла поэта 

и придавала ему творческие силы в самые тяжелые минуты его жизни. 

Еше будучи крепостным мальчиком помещика Энгельгардта, еще 

живя круглым сиротой у чужих людей из милости, Тарас Шевченко жадно 

тянулся к знанию, к просвещению, к живописи и поэзии. Особенно чуток 

он был к восприятию светлой и радостной украинской природы. Пейзажи 

родной земли— вишневые сады, ручейки, журчащие в долине, широкий 

седой Днепр, степь с черневшими на ней курганами, могилами украинских 

казаков, оживали в поэзии Шевченко. 

П оэт широко черпал темы и образы для своих произведений в неистощимых 

источниках народного творчества— в думах, песнях, сказаниях 

и легендах, воспевавших бурную историю украинского народа и его многовековую 

борьбу с иноземными захватчиками и угнетателями. 

В детстве Шевченко увлекался народными певцами— кобзарями, 

бандуристами, лирниками, вспоминавшими героическое прошлое Украины. 

Звенигородский уезд, родина поэта, не раз был ареной кровавых событий. 

Не раз поднимались крестьяне против своих угнетателей. Глубокий старик, 

дед поэта Иван в долгие зимние вечера рассказывал о том, как украинские 

казаки гнали польскую шляхту со своей земли. Он вспоминал украинских 

гетманов Сагайдачного и Хмельницкого, он рассказывал о главарях 

великого крестьянского восстания X V III века—Гонте и Ж елезняке. 

Все эти впечатления детских лет остались в памяти Шевченко на долгие 

годы, и он навсегда сохранил любовь к истории родной земли. К руг 

чтения Шевченко, студента петербургской Академии худож еств, выкупившегося 

на волю в 1838 году благодаря влиятельным друзьям,—был весьма 

обширен. В богатой библиотеке своего учителя, знаменитого живописца 

Карла Брюллова, он нашел и перечитал лучшие произведения классиков 

и современных ему писателей. Исторические сочинения особенно привлекали 

внимание Шевченко. Он искал в них рассказы о «вековых потрясениях, 

испытанных некогда Украиной в беспрерывной борьбе за ... независимость 

с иноплеменными хищными соседями». 

Из этих соседей, раздиравших на части Украину, особенно страшным 

врагом была шляхетская Польша. Борьбе украинского народа с польскими 

панами Шевченко в своем творчестве уделил особое внимание. У ж е 

— 4 —

в его ранних стихах мы находим мотивы этой борьбы и славы, завоеванной 

народом украинской земли. Теме этой борьбы посвящена и первая большая 

поэма Шевченко «Гайдамаки». 

Очевидно, поэт давно задумал написать эту поэму. По крайней мере 

в своем «Дневнике» Шевченко, вспоминая о годах ученичества, пишет: 

«...П еред его (Брюллова) дивными произведениями я задумывался и лелеял 

в своем сердце своего слепца Кобзаря и своих кровожадных гайдамаков». 

Работая в роскошной мастерской Брюллова, поэт мечтал о своей «прекрасной, 

бедной Украине во всей непорочной меланхолической красоте»- 

Осенью 1839 года Шевченко начал писать поэму «Гайдамаки». Ему 

было тогда 25 лет. 

На протяжении веков Польша тянулась к плодородной украинской 

земле. Особенно усилился натиск Польши на Украину с конца X IV века. 

У же в половине X V I столетия Польше удалось завладеть частью Подолии 

и Волыни. Уния Польши с Литвой (так называемая Люблинская уния 

1569 года) передала Польше находившиеся в руках Литвы украинские 

земли. 

Польская шляхта к середине X V II века завладела обширными землями 

Украины. Закрепощая украинское население, польская шляхта создавала 

на захваченных землях имения—фольварки. Украинский народ был обложен 

высокими податями и вынужден был исполнять тяжелые земледельческие 

работы для папов—земельных магнатов. Террор царил на Украине. 

Тюрьмы были переполнены непокорными украинцами. Их пытали, мучили, 

насиловали их жен, убивали их детей. 

В 1596 году в Бресте была заключена религиозная уния, которая 

подчиняла православную церковь на Украине польскому католическому 

духовенству и ри.мскому папе. Наступление униатства и католицизма 

развернулось во всю ширь; национально-религиозный гнете конца X V I века 

царил на Украине. 

Конец X V I века и весь X V II век насыщен восстаниями народных масс 

Украины против польских насильников. Герои украинского народа— 

Лобода, Наливайко—в X V I веке, Трясило, Павлюк, Гуня— в X V II веке 

вели кровавую борьбу с польскими панами. Только в середине X V II века 

талантливый полководец Богдан Хмельницкий разбил наголову поляков 

и освободил Украину от польского гнета. В 1654 году Украина присоединилась 

к М осковскому государству; однако панская Польша не теряла 

надежды вновь завоевать Украину. В результате затяжных войн, совершенно 

разоривших правобережную Украину, эта часть страны на некоторое 

время снова отошла к Польше. 

На правобережной Украине конца X V II века польские паны вводят 

старые крепостные порядки. Народ, сбросивший с себя узы рабства. 

_ 5 —

яюсле кровавой войны 1648— 1654 гг., снова подпал под власть польских 

панов. Попрежнему крепостной гнет сопровождался национальнорелигиозным; 

попрежнему украинский народ томился в неволе. Неудивительно, 

что в X V III веке на Украине возникали мощные крестьянские 

восстания, так называемая «гайдамачива». Гайдамаки, крестьяне-повстанцы, 

жестоко расправлялись с панами-насильниками. 

Это был период упадка шляхетской Полыни. На польском престоле 

сидел Станислав II А вгуст Поиятовский. Он был ставленником русской 

царицы Екатерины II и послушным орудием ее политики. 

Против Понятовского восстала часть шляхты и в 1768 году под руководством 

Пулавского создала вооруженный сою з— Барскую конфедерацию. 

Банды конфедератов грабили и разрушали Украину, издеваясь над 

народом. 

Против дикого разгула шляхты поднялось народное восстание, 

вошедшее в историю под именем «Колиивщины». Это восстание и описано 

в поэме «Гайдамаки». Поэт был захвачен размахом революционного крестьянского 

восстания. Уже много лет спустя в одной из своих повестей 

Ш евченко писал; «В чем другом ... а в событиях, подобных 1768 г ., земляки 

мои не уступали любой европейской нации, и даже в 1768 году перещеголяли 

первую Французскую революцию». 

В «Гайдамаках» Шевченко дал широкую картину крестьянской революции, 

жестокой, стихийной, незрелой, но рожденной жаждой правды 

и свободы. 

Поэт привлекал для своего произведения главным образом источники 

устные, рассказы и легенды, песни кобзарей, переходившие из рода 

в род. В эпилоге к поэме говорится; 

Бывало, под праздник, захлопнув Минею, 

Выпивши с соседом, чтобы жить дружнее. 

Отец просит деда,—снова б рассказал 

Про Колиивщину, как тогда гуляли, 

Как Ж елезняк, Гонта ляхов покарал... 

Столетние очи, как звезды, сияли, 

А слово за словом смеялось, лилось; 

Как ляхов кончали, как Смела горела... 

Соседи от страха, от скорби немели. 

Да и мне, младенцу, не раз довелось 

Над ктитором плакать. И никто не знает. 

Что малый ребенок за печкой рыдает... 

Книжные источники о Колиивщине были весьма незначительны, 

II большинство их перечислено самим Шевченко в его примечаниях к 

поэме. П оэт в общем правильно изложил ход восстания, его возникновение 

и развитие. 

— 6 —

в «Интродукции» Шевченко нарисовал картину упадка шляхетской 

Польши, которая некогда была сильна и воевала с татарами, с султаном, 

с немцами и обессилела под конец из-за анархии и разрухи, охвативших 

страну. Конфедераты— заносчивые, кровожадные насичьники— разбрелись 

по Украине: 

Разбрелись, и позабыли 

Защищать свободу, 

С торгашами побратались 

На горе народу. 

Разрушали, истязали, 

Церкви жгли, громили... 

На ту пору гайдамаки 

Ножи освятили. 

С «освященными» ножами восстали крестьяне на защиту поруганного 

и разгромленного отечества. 

В широких эпических тонах дал Шевченко картину восстания гайдамаков: 

...зазвонили 

По всей Украине: 

Закричали гайдамаки: 

«Сгинет шляхта! Сгинет! 

Сгинет шляхта! Погуляем— 

Небу станет жарко!» 

Занялась Смелянщина,— 

Небо светит ярко... 

Горит К орсунь, горит Канев, 

Чигирии, Черкассы... 

Восстание возглавляет Максим Ж елезняк. Его гайдамаки громят 

польскую шляхту, поджигают помещичьи усадьбы. Восстание зарождается 

в Чигиринском районе; оттуда Ж елезняк, Неживый и другие главари 

повстанцев повели свои отряды. К Ж елезняку присоединились казаки под 

начальством Ивана Гонты. Повстанцы заняли город Умань и три недели 

держали его в своих руках. Царское правительство, испуганное неожиданным 

размахом крестьянских волнений, послало свои войска на помощь 

полякам. Восстание было разгромлено. Ж елезняка сослали в Сибирь на 

каторгу. Гонту поляки казнили после страшных пыток. 

События 1768 года Шевченко изобразил как борьбу за свободу и независимость. 

В образах Ж елезняка и Гонты Шевченко показал сильных, 

волевых людей, спасающих родину от польских захватчиков. В преди 

— 7 —

словии к поэме Шевченко пишет: «Гонта и Ж елезняк, атаманы того кровавого 

дела, может выведены у меня не так, каковы они были,— за то не ручаюсь». 

Он подчеркивает, что для него основное— не историческая точность, 

а идея борьбы за правду и свободу. 

Наперекор реакционным историкам, изображавшим гайдамачину как 

анархию и грабеж, Шевченко видит в гайдамаках борцов за свободу. 

Сквозь пышную ткань романтики Шевченко дал в своей поэме реалистическое 

изображение событий, развертывающихся на пестром и живом 

фоне. С особой нежностью Шевченко нарисовал забитого батрака Ярему, 

превращающегося в яростного бойца против насильников— польских 

шляхтичей. С тонким лиризмом показана любимая Яремы, Оксана, провожающая 

его на бой с панами. Колоритная фигура слепого кобзаря, образы 

казацких старшин— все это живые люди эпохи, когда «ходили гайдамаки 

с святыми ножами». 

Поэмой «Гайдамаки» Шевченко входит в общее русло европейской 

освободительной литературы конца X V III и первой половины X I X века. 

В драме молодого Шиллера «Разбойники» дана полнокровная фигура 

Карла Моора, выступающего против насилий и гнета феодального общества. 

Таких же идеализированных бунтарей изображал Байрон в так называемых 

«восточных поэмах». Генрих Гейне также в молодости увлекался 

«разбойничьими романами» и рисовал фигуру Ринальдо Ринальдини. 

В далекой Грузии родились сказания о «благородном разбойнике» Арсене 

из Марабды. Так и Шевченко, рассказывая о событиях 1768 года, показывая 

прошлое Украины, прославил «козацкие дела», видя в них подвиги борцов 

за независимость. 

Огнынетема крестьянской революции овладевает поэтом. Он не раз еще 

возвратится к изображению могучей стихии народного гнева. В стихотворении 

«Холодный яр» (1845 г .) Шевченко полемизирует с теми реакционерами 

и царскими патриотами, которые кричали: «Гайдамаки— не воины, 

а разбойники, воры, пятно в нашей истории...» Шевченко яростно выступает 

против таких фальсификаторов истории: «За святую правду— волю 

разбойник не встанет, не раскует закованный вами в цепи народ темный, 

не зарежет лукавого сына, не разобьет живое сердце за свою родину». 

И поэт предсказывает, что грозные дни крестьянского восстания повторятся 

уж е в его дни и «повеет огонь новый из Холодного яру». 

В современной Шевченко обстановке поэма «Гайдамаки» звучала 

не только как историческое произведение. Рисуя угнетенное положение 

украинского народа, развертывая эпизоды кровавой борьбы гайдамаков 

с польскими панами, Шевченко вызывал в читателях ненависть к богачам 

и угнетателям. Недаром после появления «Гайдамаков» предводитель 

дворянства Каневского уезда доносил по начальству, что это сочинение 

— 8 —

«крайне опасно для дворянства и для других сословий общества, ибо 

народ, видя исключительно только изображения мести, резни, кровопролития, 

побуждается к тому, чтобы повторить эти дела, столь прославленные». 

Естественно, что царская цензура весьма неохотно разрешила к печати 

бунтарскую поэму: «Было мне с «Гайдамаками» много гор я,— писал Ш евченко 

в марте 1842 года,— насилу выпустил цензурный Комитет— «возмутительно!», 

да и кончено». 

Поэма, напечатанная в декабре 1841 года, разошлась довольно быстро 

и имела большой успех в передовых кругах украинского общества. Э т о - 

первое по времени крупное произведение Шевченко. Великий патриот, 

он воспел в «Гайдамаках) героев многовековой борьбы его родины со злейшими 

врагами трудовой Украины. Он сделал это в высокохудожественной 

форме, поражая богатством стихотворных ритмов, волнующих образов, 

ярчайших лирических и эпических описаний. Здесь, как и в каждом 

подлинном произведении искусства, глубокое идейное содержание сочетается 

с великолепной, доходчивой до миллионных масс, национальной 

формой. 

Сквозь дымные пожары украинских сел и городов, сквозь смерть 

й разрушение, сквозь насилия, издевательства и пытки разгулявшейся 

шляхты— сквозь весь этот хаос и анархию гулким призывом к борьбе 

зй лучшее будущее звучит голос поэта, согретый большим и теплым оптимизмом. 

Недаром Добролю бов так высоко ценил поэму «Гайдамаки», 

«чудно разнообразную, ж ивую , полную силы и совершенно верную народному 

характеру...» 

Эта народность, пронизывающая всю поэму Шевченко, придает 

ей своеобразный и яркий колорит. Перевести такую поэму— нелегкое 

дело. Русские поэты и переводчики: Гербель, Белоусов, Мей, Сологуб 

делали попытки передать чудесное прои.зведение Шевченко. Работа Б. Т урганова, 

предлагаемая ныне вниманию советского читателя, отличается 

близостью к подлиннику и четкостью отделки. К юбилейным дням великого 

певца украинского народа выход «Гайдамаков» в этом новом переводе 

весьма своевременен. 

Александр 

Дейч

Г А И Д А М А К И 

поэмы

Василию Ивановичу 

ГРИГОРОВИЧУ 

в память о 22-м апреля 

1838 года

10 

15 

20 

25 

се идет, проходит— без меры, без к р а я ... 

К у д а исчезает? О ткуда пришло? 

Ни глупы й, ни умный об этом не знает. 

Ж и в ет... ум и р ает... одно расцвело, 

Д р уго е завяло, навеки завял о ... 

Л иш ь ветер и грает сухою листвой. 

А светлое солнце взойдет, как бы вало, 

И звезды ночные своей чередой 

П оплы вут, к ак п реж де... И ты, белолицый. 

По синем у небу выйдешь п огулять; 

Выйдеш ь поглядеться в ручеек, в криницу 

И в бездну м орскую , и будеш ь сиять, 

К а к над Вавилоном; над его садами,— 

И над тем, что будет с нашими сынами. 

Ты вечен, бессм ертен!.. Люблю толковать, 

К а к с братом, с сестрою , толковать с тобою; 

П оведать т у песню, что ты наш ептал. 

Т а к вновь посоветуй, к ак мне быть с тоскою ? 

Я не одинок ведь, я не сирота; 

Е сть у меня дети, да куд а их дети? 

В зять с собой в м огилу?— Грех; душ а— ж ива! 

А , может, ей легче станет на том свете, 

Если прочитаю т те слезы -слова. 

К акие когда-то она изливала. 

К акие когда-то тайком прорыдала. 

Н ет, не схорон ю и х, ведь душ а ж ива! 

— 13 —

К ак небо прозрачно, и нет ему края , — 

Т а к душ а рож денья и смерти не знает. 

А где исчезает?— П усты е слова! 

30 Т а к п усть же вспом янут ее на сем свете,- 

Б есславном у гор ько сей свет покидать. 

Д ивчата, старайтесь ее вспоминать! 

Она вас лю била, в прекрасном расцвете. 

Л ю била о вашей судьбе напевать, 

35 П ока солнце встанет— почивайте, дети! 

А я атамана буд у вам искать. 

Сыны мои, гайдам аки! 

Свет ш ирок, приволен! 

Н у что ж , сыны, погуляйте, 

40 Поищите доли! 

Сыны мои, малолетки, 

Н едоумки дети! 

Кто вас, бедны х, без матери 

П риголубит в свете? 

45 Сыны мои, орлы мои! 

П уть на У к р а и н у ,— 

Х оть и горе нам встретится. 

В сё не на чуж бине. 

Там найдется сердцем щедрый, 

50 Не даст ги бнуть б р ату; 

А т у т ... а т у т ... гор ько, дети! 

Х оть и вп устят в х а т у . 

Т а к , встречая, посмею тся,— 

Вот какие люди: 

55 Все больш ие, ученые. 

Солнце даж е судят: 

«Не оттуда, мол, восходит. 

Д а не так и светит; 

В от так, видиш ь, свети ть н адо...» 

60 Н у, что им ответиш ь? 

— 14 —

Н адо слуш ать; может, вп р авду 

Н е так солнце всходит, 

К а к угодн о грам отеям ... 

Не всходит по моде! 

65 А что ж о вас они ск аж ут? 

Знаю ваш у славу! 

П осмею тся, поглум ятся 

Себе на забаву. 

«Закинем, мол, их под л авку, 

70 П усть отец проснется, 

О гетм анах так, к ак надо, 

Сказы вать возьмется, 

А то, д ур ен ь, толкует, нам 

Мертвыми словами, 

75 Д а какого-то Я рему 

Вы вел перед нами. 

Л апотника. Д ур ен ь, дурен ь! 

Б и т ведь, а все сплыло. 

О т гетманов, от Козаков— 

80 Одни лиш ь могилы. 

В от и все, что сохранилось, 

И те поразрою т. 

А он хочет, чтоб слуш али. 

К а к нищие ноют. 

85 Т р у д напрасный, друг-приятель: 

Ж деш ь судьбы хорош ей, 

Х очеш ь славы да почета,— 

Ты пой про «Матрешу», 

П ро «П араш у— радость нашу», 

90 С ултан , паркет, шпоры. 

В от где слава! А что слова: 

«Ходит сине море»,— 

И сам плачеш ь; за тббою 

В ся твоя громада 

95 В драны х свитках!..» «Вот спасибо! 

У чи те, к ак надо! 

— 15 —

Т ёп ел к о ж у х , только ж алко— 

Н е ПО плечам шитый, 

А премудрые советы 

100 Брехнею подбиты! 

Не взыщ ите!.. Х о ть кричите, 

Я сл уш ать не б уду, 

И не подойду с поклоном 

К премудром у лю ду, 

105 П усть я дурен ь; в своем у гл у 

Один, н аудач у. 

С л ож у песню— сердцу тесно, 

К а к дитя заплачу. 

С лож у песню— ветер веет, 

110 Х од и т сине-море. 

Степь чернеет, и кур ган ы 

С ветром в разговоре. 

С л о ж у песню— и кур ганы 

Р аскры л и сь гл убоко; 

115 М чатся к морю запорож цы 

По степи ш ирокой. 

Атаманы на вороны х 

П еред бунчукам и 

В ы ступ аю т... А пороги 

120 М еж ду камышами 

Р евут, стон ут и страш ное 

П ророчат, буш уя. 

П ри слуш аю сь, затоскую , 

У старцев спрош у я: 

125 «Что вы, отцы, печалитесь?» 

«Невесело, сыне! 

Д непр могучий разгневался. 

П лачет У кр аи н а...» 

И я п л а ч у ... а в т у пору 

130 Пышными рядами 

В ы ступаю т атаманы, 

— 16 —

Сотники с панами, 

И гетм аны — все в золоте. 

К убогом у сы ну 

135 П риш ли, сели со мной рядом 

И про У к р а и н у 

Б ез у м о л к у то л к ую т мне: 

К а к Сечь созидали. 

К а к козаки на байдарах 

140 П орог проплывали; 

К а к гул я л и в синем море. 

Г релись у С кутари, 

Д а к ак , тр убки закуривш и 

В П ольш е на пож аре, 

145 Н а У к р а й н у возвращ ались, 

Д а к ак пировали! 

«Звонче, кобзы! Ч ары об-земь!>- 

К озаки кричали. 

Ш инкарь знает, наливает, 

150 И не отвернется; 

К обзарь гр я н ул , а козаки— 

В ся Х ор ти ца гнется— 

М етелицу да гопака 

Толпой отдирают; 

155 К у б о к ходит, переходит, 

В р у к а х вы сы хает. 

«Гуляй снова без обновы! 

Х од и , буйны й, полем! 

Звонче, кобзы , чары об-земь, 

160 П ока выйдет воля!» 

Р у к и в б о ки , да впри сядку 

Старики с юнцами: 

«Вот та к , дети! Славно, дети! 

Б уд ете панами!» 

165 Н а пирш естве атаманы, 

Точно на совете. 

В аж но ход ят, речь заводят... 

2 Т. Г. Шевченко — 17 — 

\ Районная библиотека 

\ ишени HEKPRCCEP

и вд р уг, словно дети. 

Не вытерпев, ударили 

170 Старыми ногам и... 

А я гл я ж у, вспоминаю. 

Смеюсь со слезами. 

Л ю бую сь, смеюсь я, слезы ути р аю ... 

Н ет, не одинок я , есть с кем в свете ж ить! 

175 В комнатке убогой , к ак в степи без к р ая , 

К озаки гул я ю т, лощ ина гудит; 

В комнатке убогой вал морской играет. 

К ур ган ы тоскую т, и тополь ш умит, 

И девуш ка Г р и ц я в тиши н ап евает.— 

180 Н ет, не одинок я, есть с кем век прож ить 

В от где счастье да богатство. 

В от где моя слава! 

А за помощь— спасибо вам, 

За совет лукавы й! 

185 Х в ати т с меня, пока ж и ву, 

И мертвого слова, 

Ч тоб изливать свое го р е,— 

Т а к будьте здоровы! 

П ора сынам собираться 

190 В дальню ю д орогу. 

П ускай идут! М ож ет, найдут 

Д р у га у порога, 

Оп приветит моих деток 

Старыми слезами. 

195 Х в ати т с меня! С к аж у снова: 

П ан я над панами! 

В от та к , сидя над бум агой, 

Д ум аю -гадаю : 

К ого просить? К то поведет? 

200 З а окном светает; 

— 18 —

П огас м есяц, горит солнце. 

Гайдам аки встали. 

П омолились, снарядились. 

В о к р уг меня стали. 

205 Г р устн о-гр устн о, к ак сироты . 

Молча поклонились: 

«Влагослови, молвят, отче. 

П ока дети в силе, 

В лагослови искать счастья 

210 Н а ш ироком свете». 

П огодите! Свет— не х ата, 

А вы— словно дети. 

Н едоум ки . К то, учитель. 

Пойдет перед вами? 

215 К то поведет? Горе, дети. 

Одно горе с вами! 

Вы ростил вас, вы пестовал. 

В се повы растали, 

В мир идете; нынче все там 

220 Учеными стали. 

У ж простите— не учил вас: 

Ведь и меня били. 

К реп ко били, а чему-то 

В се ж е научили! 

225 Т м а, м н а знаю , а оксию 

И нынче не знаю. 

Ч то ж вам ск аж ут? Идем, сыны. 

С частья попытаем! 

Е сть отец, для сердца милый 

230 (Родного не стало)— 

Нам пом ож ет добрым словом: 

Сам ведал, бывало. 

К а к печально ж ить на свете 

Сиротой безродным; 

235 А к том у ж е— сердцем щ едрый, 

К о зак благородны й!.. 

I 

2 » - 19 -

Н е отрекся он от слова, 

Что мать напевала, 

К а к младенца пеленала, 

240 К олы бель кач ала. 

Н е отрекся он от слова, 

К аким У к р а и н у 

Слепец нищий поминает, 

Т о с к у я у ты на. 

245 Л ю бит ее, песню правды, 

К о зац к ую сл а в у. 

Л ю бит ее! Идем, сыны, 

В совет нелукавы й! 

Н е попадись он н австречу 

250 П ри лихой године. 

Д ав н о б меня схоронили 

В сн егу на чуж бине; 

С хоронили, да сказали: 

«Вот еще никчемный!..» 

255 Т я ж к о без вины томиться 

В тоске неуёмной. 

Страш ен сон, да все м и н ул о... 

С тупай те, о р л я та!.. 

Е сли прежде на чужбине 

260 Он не вы дал брата, 

И вас примет, улы бнется, 

К а к родному сы ну. 

А от него, помоливш ись, 

В п уть, на У к р аи н у! 

265 Д обры й день, отец мой милый! 

Здесь же у порога 

Б лагослови моих деток 

В дальню ю дорогу! 

С.-П етербург 

7 апреля 1841

к][л]те©Л,^©[1л,к]1Ю 

•---------в-®--------- 

275 

280 

285 

290 

ыло врем я— была П ольш а, 

В ельм ож ная пани; 

С остязалась с москалями, 

С ордою , с султаном . 

Д а с немцами. Бы ло вр ем я... 

Ч его не бывает? 

П реж де ш л яхта, знай, чванится. 

Д ен ь и ночь гул яет. 

К оролям и пом ы кает... 

Н е Стефаном, верно. 

Или Яном Собиесским: 

Эти— беспримерны,— 

А прочим и... Т е, бедняги. 

Смирно управляли : 

Сеймы, сеймики ш умели. 

Соседи молчали. 

Л ю бовались, к ак короли 

И з П ольш и сбегаю т, 

Д а слуш али, к ак ш ляхетство 

Х ор ом возглаш ает: 

«Nie pozw alam ! N ie pozwalam!» 

Ш ляхтичи хлоп очут, 

А магнаты палят хаты 

Д а сабельки точат. 

— 21 —

Т а к бы длилось; но на троне 

П ольском и литовском 

295 П оявивш ись, начал править 

Бравы й П онятовский. 

Лиш ь сел на трон, задум ал тонко 

Утйш ить ш л я х т у ... не сумел! 

Д обра хотел, к ак м ать ребенку, 

300 И ного, мож ет бы ть, хотел. 

Одно словечко «Nie pozwalam» 

У ш ляхты вздум ал отобрать, 

И с р а з у ... П ольш а запы лала. 

П анки взъярились— н у кричать: 

305 «Гонбру слово, дарма праца! 

П оганец, наймит москаля!» 

Н а крик П ул ав ского и П аца 

В стает ш л яхетск ая зем ля, i. 

И— разом сто конфедераций!* 

310 Р азбрелись конфедераты 

П о Л итве, Волыни, 

П о М олдавии, по П ольш е 

И по У к р аи н е. 

Р азбрел и сь, и позабыли 

315 Защ ищ ать свободу, 

С торгаш ами побратались 

Н а горе н ароду. 

Р азр уш ал и , истязали. 

Ц еркви ж гли , гром или... 

320 Н а т у пору гайдамаки 

Н ож и освятили.

:'И 'а 

у Ш

330 

рема! Х ам ! Ты не оглох ли? 

Ж и вей , кобы лу запрягай. 

Х озя й к е принеси пантофли. 

Д а мне в корчм у воды подай. 

Д р ов наколи, подмети х а т у . 

Г усей , индюшек обойди. 

С п усти сь на погреб, сбегай к стаду. 

П роворней, х ам !.. Эй, погоди! 

К а к справиш ься, ступай в О льш ан у *; 

Ж ена велела. Н у , не стой!» 

Пошел Я рем а, сам не свой. 

Т а к сп озар ан ку, беспрестанно 

Ш инкарь беднягой помыкал. 

335 Ярема гн ул ся — ведь не знал. 

Н е знал он, сердечный, что выросли кры лья. 

Ч то неба достанет, едва полетит,— 

Н е знал, подчи н ялся... 

О, боже мой милый! 

340 Т рудно ж ить на свете, а хочется ж ить; 

Х оч ется уви деть, к ак солнце сияет. 

Х оч ется п ослуш ать, к ак море играет. 

К а к птицы щ ебечут, к ак ветер ш умит. 

— 23 -

К а к звонко девчонка в л есу р асп евает... 

34 5 О , боже мой милый, к ак весело ж ить! 

Сирота Я рем а, сирота убогий: 

Н и сестры, ни брата, всеми позабыт! 

П ри служ ник ш инкарский, вырос при дороге, 

А не клянет долю , людей не бранит. 

350 Д а за что бранить их? Р азве знаю т люди. 

К ого надо гладить, кого распинать? 

П ускай то р ж ествую т... Им судьба добудет,— 

Безродном у надо горбом добывать. 

Б ы вало, поплачет тайком , за стеною, 

355 Д а и то не с гор я, не станет туж и ть: 

Ч то-нибудь припомнит, увидит порою ... 

И снова за дело. В от так надо ж ить! 

Н е пом огут братья, расшитые платья. 

Е сли не с кем сердце, д уш у разделить! 

360 Сирота Я рем а— сирота богаты й ... 

Е сть с кем посм еяться, есть с кем погрусти ть: 

Е сть карие очи— к ак звезды сияю т; 

Р ук и молодые— нежно обнимают. 

Е сть сердце на свете, сердечко девичье, 

365 С ним смеется, плачет, никнет, ож ивает. 

К а к святой д у х среди ночи 

Н ад милым витает. 

В от таков-то мой Я рема, 

Сирота богатый! 

370 Т аким и я когда-то был— 

П ропало, ди вч ата!.. 

М иновалось, улетело. 

Б ез следа пропало. 

Сердце вянет, к а к припомню ... 

375 Зачем не осталось? 

Зачем не осталось? Зачем 

миновало? 

Легче было б слезы, то ск у изливать. 

— 24 —

Люди отобрали, всё им было мало: 

«Зачем ему счастье? Н адо закопать,— 

J80 Он и так богат ведь!» 

Б огат на заплаты . 

Н а частые слезы — и не сосчитать!.. 

Счастье мое! счастье! Где тебя искать? 

Прилети обратно, явись, к ак когда-то, 

335 Х о ть во сне приснись мне!.. Не хочется спать! 

Лю ди добры е,, простите! 

Говорю нескладно, 

Д а ведь злое беда-горе 

К ом у не накладно? 

390 М ож ет, снова мы встретимся, 

П ока поспеш аю 

За Яремою по свету? 

А м ож ет... не знаю. 

Горе, л ю ди ,— всю ду горе, 

395 Н егде с ним приткн уться; 

К у д а , мол, толкает доля. 

Т у д а надо гн уться . 

Г н у т ь ся молча, улы баться. 

Ч тоб лю ди не знали, 

400 Ч то скры ваеш ь в своем сердце. 

Ч тоб не п р и л аскал и . 

В ед ь и х л а с к а ... п уск ай сн и тся 

Счастливцам беспечным, 

А сироте— и не снилась, 

405 Н е сн и лась бы вечно! 

Г о р ьк о , тош но рассказы вать, 

А молчать не см ею ... 

Т ы пролейся, слово-слезы: 

Солнце н€ согреет, 

410 Н е вы суш ит. П оделю сь я 

Моими слезам и ... 

Д а не с братом, не с сестрою — 

— 2.5 —

с немыми стенами 

Н а ч уж б и н е... А пока что— 

415 В корчм у возвращ уся: 

Ч то творится там? 

Д р ож и т, и зогн улся 

Х озяин 

Н ад светильней. У постели 

420 П рячет золотые. 

А в п остел и ... О х, к ак душ но! 

Р ук и молодые 

Р аски н ул а, р азм етал ась... 

К а к цветик весною 

425 Р аскрасн ел ась; а р убаш к а... 

Р убаш ка от зноя 

В ся ск о м к ан а... Видно, душ но 

Ю ной, черноокой. 

Не с кем слова ей промолвить; 

430 Т я ж к о одинокой — 

Что-то ш епчет... Н есказанно 

Е врей ка красива! 

Это— дочка, а то— отец, 

Скаред нечестивый. 

435 Н а п олу леж ит стар у х а 

Н а перине рваной. 

Где ж Я рем а? В зя в котом ку, 

П оплелся в О льш ан у.

|Г- 

-♦ткры 

вай , ш инкарь прокляты й! 

Н е то р аск аеш ь ся ... Открой! 

Л омайте дверь, нейдет из хаты 

М ош енник пакостный!» 

«Постой! 

П остойте! Мигом!» 

445 «Гей, ремнями! 

Свиное у х о ! Ты ш утить 

З адум ал с нами?» 

«Я? С панами? 

Б о г м илуй! Д ай те лиш ь откры ть, 

450 Ясновельможный!» (шепчет— «свиньи!») 

«П олковник, н авались сильней!» 

Д в ер ь оп р о к и н ута... злодей 

Н агайкой полосует спину. 

«Здравствуй, ж ид! Мое почтенье 

455 Собачьем у сыну!» 

Д а нагайкой, да н агай кой... 

А тот со гн ул спину: 

«Не ш ути те, ваш а милость! 

П ож алуй те в хату!» 

460 «Еще ш ельм у! ещ е... будет! 

Не взыщи, прокляты й! 

Н у, здорово! А дочка где?» 

— 27 —

«Умерла, Панове». 

«Лжешь, иуда! Н у-к а, плетью!» 

465 Н аки н ул и сь сн ова... 

«Ой, панбчки-голубчики. 

С кончалась, родная!» 

«Бреш еш ь, шельма!» 

470 П у сть бог покарает!» 

«Коли бреш у, 

«Не бог, а мы. Признавайся!» 

«На что мне таи ться . 

Е сли ж и ва? Б уд ь я проклят, 

Ч тоб мне провалиться!..» 

475 «Х а, х а , х а , х а !.. Ч орт, панове. 

Литанию воет. 

П ерекрестись!» 

«Вот не знаю! 

Ч то это такое?» 

480 «Вот так, смотри!» 

А за ним иуда. 

Л я х крестится, 

«Браво! Б р аво! О крестили! 

За такое чудо 

485 М огорыч нам, ваш а милость! 

Слыш ишь, окрещ енный? 

М огорыч нам!» 

Р е в у т исступлен но, 

490 Р е в у т паны, а су л ея 

П о сто л у гул я е т. 

«Тотчас, тотчас!» 

«Еще П ольска не згинела!» 

П ьяный возглаш ает. 

«Давай, Лейба!» 

495 Окрещенный 

И з погреба в х а т у , 

Знай, гон яет, наливает; 

А конфедераты, 

— 28 —

Знай, торопят: «Лейба! меду!» 

500 Ш инкарь встрепенется. 

«Где цимбалы? И грай, пся крев!» 

В ся корчма тр я сется — 

К р ак овяки да м азурки, 

А потом вп ри сядку! 

505 А ш инкарь бормочет льстиво: 

«П анская повадка!» 

«Славно, хвати т! Н у, пой теперь!» 

«Ей-ей, не умею!» 

«Не бож ись, собачья ш кура!» 

510 «Что петь? Посмешнее?» 

«Ж ила-была Гандзя, 

К о р я в а , убога, 

Б ож и л ася, 

М олилася, 

515 Ч то болели ноги; 

Н а барщ ину не ходила, 

А за парен ькам и ... 

Т и хон еч ко, 

Л егонечко 

520 М еж ду бурьянами». 

«Хватит! М ерзостная песня: 

Схизма® распевает». 

«К акую вам? Разве вот что? 

Стойте, вспом инаю ... 

525 «Перед паном Федором 

Х од и т ж ид ходором , 

И задком, 

И передком 

П еред паном Федорком». 

530 «Вот и славно! Т еп ерь плати!» 

«Всё ш утк и у пана! 

— 29 —

За что платить?» 

, «За слуш анье, 

Н е м орщ ься, поганый! 

535 Мы не ш утим. Сыпь червонцы!» 

«Где мне взять дукаты ? 

Ни грош а нет; я господской 

М илостью богатый». 

«Лжешь, собака! П ризнавайся! 

540 А н у-ка, Панове, 

Бейте плетьми!» 

П леть взвилася. 

К р естя т Л ей бу снова. 

Тиранили, тиранили, 

545 Л иш ь клочья лстели. 

«Ей ж е богу, ни полуш ки! 

Е ш ьте мое тело! 

Ни полуш ки! Ой! У важ ьте!» 

«Мы тебя уваж им!» 

550 «Погодите! Л иш ь словечко...» 

«Послуш аем, враж е, 

Д а не бреши! Х о т ь издохни. 

Б р ехн я не поможет». 

«Н ет... в О льш ане...» 

555 «Твои деньги?» 

«Мои?.. Спаси боже! 

Н ет, го в о р ю ... там, в О льш ане.. 

В Ольш ане схизм аты ...» 

«По три семьи, по четыре 

560 Ж и в ут в одной хате. 

Сами знаем, мы ведь сами 

И х пообдирали». 

«Да нет, не т о ... не гневайтесь.. 

Ч тоб гор я не знали, 

565 Ч тоб вам деньги привиделись!.. 

Знаете, в О льш ан е... 

— 30 —

Там в к остел е... у кти тор а.. 

А дочка О ксана! 

Спаси боже! К а к панночка! 

570 Х ор ош а, к ак солнце! 

А червонцев! Х о ть чуж ие. 

Д а что? В се червонцы!» 

«Все червонцы, все едино! 

Л ейба зря не скаж ет; 

575 А чтоб было без обмана, 

П ускай п уть укаж ет. 

Одевайся!» 

П оскакали 

Л я х и на О льш ану. 

580 Один только под лавкою 

Конф едерат пьяный 

В стать не может, а бормочет, 

П ьяны й, 

еле-еле: 

«Му zyjem y, m y zyjem y, 

685 Polska nie zgin^la».

к т а т о ! ^ 

- о о - 

аща лесн ая 

М олчит, немая; 

М есяц высбко 

Светит, сияя. 

Выйди, сердечко, 

Я недалечко; 

Х о т ь на часочек, 

Мой голубочек! 

В ы гляни, рыбка, 

595 Мы поворкуем 

И потоскуем ; 

У й д у я ночью 

В землю ч уж ую . 

Вы гляни, пташ ка, 

600 Мое сердечко, 

Я недалечко. 

Мы п оворкуем ... 

О х, гор ьк о, тяж ко!' 

Т а к , мечтая на свобод! 

605 Н аш Ярема бродит, 

Н апевает; но О ксана 

К нему не вы ходит. 

— 32

Звезды ясны; среди неба 

Гори т белолицый; 

610 Соловью вним ая, верба 

В колодец глядится; 

Н а калине, над водою , 

Соловей рыдает, 

Словно знает, что п одруж ку 

615 К о зак ож идает. 

А Я рем а темным лугом 

С тупает лениво, 

Не слуш ает, зад ум ал ся ... 

«Что ж , что я красивы й, 

620 Если нет удач и , если счастья нет. 

Годы молодые оп адут, к ак цвет. 

Один я на свете, без роду, без доли— 

Т равинка-бы линка на ш ироком поле, 

Т рави н ку-бы л и н ку развеет ч уть свет. 

625 И меня вот люди бранят, не приветят. 

З а что отверн улись? Ч то я сирота. 

Одно было сердце, одно во всем свете, 

Одна полю била, но ви ж у— и та, 

И та отвернулась!» 

630 И слезы потоком. 

П оплакал, бедн яга, см ахн ул рукавом . 

«Так прощ ай навеки! Там , в краю далеком 

Я счастье д о б уд у, или за Днепром 

Л я гу гол о вою ... А ты не заплачеш ь, 

635 А ты не увидиш ь, к ак ворон клю ет 

Т е карие очи, те очи козачьи, 

Ч то ты целовала, золото мое! 

З абудь мои слезы, забудь сиротину, 

З аб удь свои клятвы ,— другого ищи! 

640 Я тебе не п ар а: я — в грубой холсти не, 

Т ы — ктитора д о ч к а... П рощ ай, не взыщи! 

Л ю би, кого хоч ещ ь... Т а к а я , знать, доля! 

З абудь меня, птащ ка, забуд ь, не томись! 

3 т . г . Шевченко — 33 —

А когда услы ш иш ь, что в далеком поле 

645 Г о л ову слож ил я — тайком помолись. 

О дна, сердце, во всем свете. 

Х о ть ты помолися!» 

И зап л акал горемыка. 

Н а п осох склонился. 

650 П лачет козак ти хонеч ко... 

В д р у г, ш асть!.. Н а поляну 

М еж деревьев, к а к ласочка. 

К радется О ксан а. 

Забыл, беж ит, обним ает... 

655 «Сердце!»— и сомлели. 

Д ол го, долго только— «сердце!» 

И снова немели. 

«Полно, пташ ка!» «Разочек лиш ь, 

Сокол мой удалы й! 

660 Выпей д у ш у !.. К р еп ч е... к р еп ч е... 

О х, к ак я устала!» 

«Отдохни, мой светик ясный! 

Ты с неба слетела!» 

П остлал сви тк у. К а к звездочка, 

665 П росияла, села. 

«Садись и ты со мной рядом!» 

Сел он возле милой. 

«Сердце мое, зорька моя, 

Где ж е ты светила?» 

670 «Я сегодня запоздала; 

З абот много бы ло,— 

О тец болен, сидела с ним ...» 

«А меня забыла?» 

«Какой ж е ты , вот, ей-богу!» 

675 И слёзка блесн ула. 

«Не плачь, сердце, это ш утка». 

«Шутка!» 

У л ы б н ул ась. 

- 34 —

1^' 

г 

[/ •• 

' •' 1 

Н а плечо к нему склонилась, 

680 К а к будто засн ула. 

«Вот, О ксан а, ш уткой малой 

В д р у г тебя обидишь. 

Н у , не плачь ж е, гл ян ь, родная: 

З автра не увидиш ь. 

685 З автра б у д у я далёко. 

Д ал ёк о , О ксан а!.. 

В Ч игирине завтра ночью 

Гайдам аком стан у. 

Д о б у д у богатство-злато, 

690 П очести и сл аву; 

О дену тебя, обую . 

П о саж у, к ак п а в у ,— 

К а к гетм анш у, в резном к р есл е, 

И лелеять б у д у ... 

695 Г л аз не сведу— покуда жив». 

«А вд р уг позабудеш ь? 

Р азбогатееш ь, да в К иев 

Поедешь с панами. 

Н айдеш ь себе ш л яхтян очку, 

700 З абудеш ь Оксану!» 

«Разве краш е отыщ у я?» 

«Может бы ть— не знаю». 

«Гневишь бога, мое сердце: 

Л учш е не бывают! 

705 Ни на небе, ни за небом. 

Ни за синим морем— 

Л уч ш е н е ту, краш е нету!» 

«Вот о чем мы спорим! 

Д а опомнись!» 

710 «Правда, рыбка!» 

И снова, и сн ова. 

Д ол го они, к а к видите. 

За словом, полсловом 

Ц еловали сь, обнимались, 

3* 

— 35 —

715 С колько стало силы; 

Т о плакали, то бож ились, 

Т о снова бож ились. 

Ей Я рем а рассказы вал. 

К а к ж ить они б уд ут 

720 В суп р уж естве, к ак золото 

И счастье добудет,. 

К ак вы гонят гайдам аки 

Ш ляхту с У краи н ы , 

К ак он станет именитым, 

725 К о л ь в бою не сгинет. 

Д аж е сл уш ать наскучило. 

Д евуш ки, всё то же! 

«Смотри, какой ! Б уд то вп р авду 

Н аскучило!..» 

730 Ч то ж е, 

А родители узн аю т. 

К а к вы, мои пташ ки. 

Э ту ск а зк у читаете,— 

П ридется вам тяж ко! 

735 Т о гд а, т о гд а ... Д а н у его, 

А больно занятно! 

Д а еще бы р ассказать вам, 

К ак молодец статный 

Под ветлою , над водою 

740 О бнявш ись, тоскует; 

А О ксан а, к ак гол убка, 

В о р к ует, целует. 

Т о заплачет, то зати хн ет, 

С клонясь головою ; 

745 «Сердце мое, счастье мое! 

Б уд ь навек со мною! 

М ой!..» Д ер евья наклонялись, 

Ветвями колы ш а. 

И х послуш ать! Н ет, дивчата, 

750 Вам их не услы ш ать, 

— 36 —

i 

i 

H e ск а ж у вам, на ночь гл ядя, 

ji' 

А то вд р уг приснится. 

П уск ай они разойдутся 

Т а к ж е, к ак сош лися— 

1 756 Т и хохон ьк о , лю бехонько. 

О т чуж ого пряча 

О 

Ч асты е девичьи слезы, 

£ ' Ж аркие козачьи. 

> П уск ай и д у т... М ожет, снова ■ 

760 Они на сем свете 

У в и д я т с я ... Там посмотрим... 

А в т у п о р у светят 

Я р ко окна у ктитора. 

Н адо бы проведать, 

765 Ч то творится, да р а сск азать... 

О х, когда б не ведать! 

О х, когда б не ведать! Сердце горем сж ато— 

В едь за людей стыдно, ведь страш но сказать. 

Г л ян ьте, полю буйтесь: то конфедераты, 

770 Т е, что дали к л я тв у— волю защ ищ ать!* 

Они защ ищ аю т!.. П роклята утр оба, 

И день, и м гновенье, когда зачала. 

К огд а родила вас, на свет принесла! 

Смотрите, что делает адская злоба 

775 У ктитора в доме! 

О гонь до-светла 

В печи пы лает, языкаты й. 

В у г л у собакою дрож ит 

Злодей-ш инкарь. Конфедераты 

780 С хватили ктитора: «Скажи, 

С каж и , где деньги?» 

Т от молчит. 

Веревкам и скрутили руки. 

Ш вы рнули на п о л ... П ромолчал, 

— 37 —

785 В ответ ни сл ова. «Мало му'ки! 

У гл ей тащ ите! Где смола? 

К ропи его! В о т так! О сты ла? 

Скорее ж а р у подсыпай! 

Ч то? С каж еш ь, ш ельм а?.. К а к могила! 

790 У прям ы й, бестия! Д авай !..» 

За голенищ а сыплют ж а р у ... 

«А в темя гвозди забивай!» 

Не вы держ ал небесной кары . 

У п а л стр адал ец ,— погибай 

795 Д уш а в гр е х а х , без покаян ья! 

«О ксана... дочка!»— и зати х. 

' П оляки замерли в молчаньи, 

Гл ядят на дело р ук свои х. 

«Ну, что ж , Панове!» «К ак решите! 

800 С ним делать нечего— убит. 

Заж ж ем -ка церковь!» 

«Ой! Спасите! 

Кто в бога верует!»— кричит 

С надворья кто-то что есть силы. 

805 См утились л я хи . «Гей, кто там?» 

О ксан а в дверь: «Отца убили!» 

И пала наземь. М олодцам 

М ахн ул вож ак , повелевая. 

К а к стая псов, вся ш айка вдруг 

810 Безмолвно скры л ась. Он хватает, 

Несет н есчастн ую ... 

Мой др уг. 

Ярема! Где ты ? Н ет, не знает! 

Идет, ш альная гол о ва, 

815 Про Н аливайка распевает. 

Исчезли ляхи ; ч уть ж ива, 

Исчезла с ними и О ксан а. 

Собаки кое-где в Ольш ане 

З атявкаю т и замолчат. 

— 38 —

1*1 

820 Сияет м есяц; люди спят, 

И ктитор сп и т... Н е скоро встанет: 

Т вой, праведник, настал конец. 

П ы лал огон ь, мерцал устало. 

П о га с ... К а к бы вздохн ул мертвец, 

825 И ти хо-ти хо В домб стзло®.

Ш |раэ,й,гай11й © 1Ч)[Я1ПЯ1Р[ЯИ1 

830 

етманы, гетманы! К огда бы вы встали, 

В стали, посмотрели на тот Чигирин, 

К акой созидали, в каком пировали! 

З ап лакали б го р ьк о ,— вы бы не узнали 

К озачества сл а в у в остатках руин. 

Т а площ адь, где войско, к ак море — багр я н о, 

П еред бунчукам и , бы вало, горит, 

А ясновельм ож ны й, верхом на буланом . 

Б леснет булавою — море зак и п и т... 

835 

840 

845 

Закипит— и разлилося 

Степями, ярам и; 

Горе никнет перед ними... 

А за козакам и ... 

К чем у сл ова?.. В се кончено; 

А то, что исчезло, 

Забудем те, д р узья мои,— 

Т а к , право, полезней... 

Д а что то л к у, если вспомниш ь? 

П рипомнишь— заплачеш ь. 

Н у, х о ть глянем на Чигирин, 

К огда-то козачий. 

— 40 —

Из-за леса, из тумана 

М есяц выплывает; 

Б агр я н еет круглолицы й, 

850 Г орит, не сияет; 

Точно знает, что не надо 

Л ю дям его света, 

Ч то пож ары У к р а и н у 

Согрею т, осветят. 

855 Сум ерки , а в Ч игирине, 

Словно в домовине. 

Т и х о -ти х о ... (В от так было 

По всей У к р аи н е 

Н акан ун е М аковея, 

860 К а к ножи святили.) 

Н ет ни душ и; над площ адью 

Кры лом зачертили 

Н етопырй; на выгоне 

Сова завы вает. 

865 Где ж е лю ди?.. Н ад Тясмином, 

В л есу ожидаю т. 

П од ветвями; старый, малый. 

У б оги й , вельможный 

С обрал и ся,— к ак на праздник, 

870 В еликий, тревож ны й. 

В л есу, под ветвями, в зеленой дуброве. 

Н а приколе кони отаву гры зут; 

О седланы кони, они наготове. 

К уда-то п оскач ут? К ого повезут? 

875 В от к ого, глядите! Во мраке долины 

Л еж ат, недвижимы, молчат, не в зд охн ут. 

Везде гай дам аки ... Н а стон У краи н ы 

Орлы налетели; они понесут 

З лом у в р а гу к ар у ; 

880 За кровь и пож ары 

Адом гайдам аки ляхам воздадут. 

— 41 —

В от посреди леска стоят 

Возы , полны стальной тарани: 

Гостинец тароватой пани. 

885 Д ар и ть ум ела, говорят,— 

Н у что ж , царица на том свете 

Не взыщ ет с нас за ш утки эти! 

М еж ду возами негде стать: 

К а к птичьи стаи, налетело 

890 Из Смелы, из Чигирина 

К озачество и старш ина,— 

С летелись, стало бы ть, на дело. 

Старш ины гордо, важ но ходят, 

В се в черных сви тах, к ак один, 

895 Д а п оти хон ьку речь заводят, 

К о ся сь тайком на Чигирин. 

Первый 

старшина. 

Старик Головаты й что-то больно хитрит. 

Второй 


М удрая голова, посиж ивает на х у тор е, будто не знает 

ничего, а смотриш ь— всю ду Головаты й. «Еж ели,— гово- 

900 рит,— сам не осилю , передам сыну». 

Третий 


Д а и сын— тож е м астак! Я вчера видался с Ж елезняком ; 

такое сказы вает про него— н у его совсем! «Кошевым,— 

говорит,— будет, да и все; а может еще и гетманом, 

когда...» 

Второй 


905 А Гонта на что? А Ж елезн як? Гонте сам а... сама писала: 

«Когда, мол...» 

— 42 —

Первый 


А н у, тише! К а к будто звонят! 

Второй 


Д а нет, это народ ш умит. 

Первый 


Д ош ум и тся, пока л яхи заслы ш ат. О х, головы стары е да 

910 разумные! Ч удят-ч удят, да и сделаю т из сош ника шило! Где 

можно с мешком, там сумы не надо. К уп и л и х р ен у — надобно 

есть; плачьте, очи, хоть повылазьте: видели, что п окуп ал и ; 

не пропадать деньгам! А то дум аю т-дум аю т, ни гром ко, 

ни молча; а л яхи догадаю тся,— вот тебе и шиш! Ч то там за 

915 со вет/О тч его не звонят? К а к удерж иш ь народ, чтоб не ш у 

мели? Не десять душ , а, слава богу, вся Смелянщ ина, если 

не вся У к р аи н а. 

Вон, слыш ите? поют? 


старшина.' 

Верно, поет кто-то; пойти у н я ть. 

Первый 


920 

Не унимай! П ускай поет, лиш ь бы не громко! 

Второй 


Там , видно, В л ах!« Не утерпел-таки старый дурен ь; 

надо — и все! 



А знатно поет! К ак ни послуш ай — всё разн ую . 

П одкрадем ся, братцы , да послуш аем ; а тем временем 

925 зазвон ят. 

' — 43 —

Первый и второй старшины. 

А что ж ? Пойдем! 



Л адно, пойдем! 

Старшины притаились за дубом, а под дубом сидит слепой кобзарь; 

вокруг него запорожцы и гайдамаки. Кобзарь напевает протяжно 

и негромко. 

Кобзарь. 

«Ой, вы, вл ахи , волохи! 

У ц ел ел о вас— крохи ; 

930 И вы, молдаваны. 

Т еп ерь у ж не паны: 

Ваш и господари 

П родались татарам , 

Султан ам суровым, 

935 В оковах, в оковах! 

П олно, не туж ите! 

К реп ко помолитесь, 

Б ратай теся с нами, 

С нами, козаками; 

940 Б огдан стародавний 

Д а л пример вам славный; 

Б уд ете панами. 

Д а , к ак мы, с ножами, 

С ножами святыми, 

945 Д а с батькой Максимом 

В ночи погуляем , 

Л я х о в испытаем 

Д а т а к п огул яем . 

Что все черти захо хо ч ут, 

950 Земля загрохочет. 

— 44 

V

Н ебо запы лает... 

В от, к ак погуляем!» 

Запорожец. 

Славно погуляем ! П равду старик поет, еж ели не врет 

В о т бы кобзар ь был, не будь он влахом ! 


955 Д а я не в л а х — та к только; ж ивал когда-то в В ал ахи и , 

вот люди и кли ч ут влахом — сам не знаю , за что. 


Н у, это п устое. Рвани еще одну! А н у-ка про б атьк у 

М аксима удар ь! 

Г айдамак. 

Д а не громко, а то старшины услы ш ат. 


960 А что нам ваш и старш ины? У слы ш ат, так посл уш аю т, 

если есть чем сл уш ать, вот и все! У нас один старш бй— 

батька М аксим; а он к ак услы ш ит, та к еще целковый даст. 

Пой, старче бож ий, не слуш ай его. 

Гайдамак. 

Т ак-то оно та к , человече. Я и сам знаю , да вот что: не 

965 так паны, к ак подпанки, или— пока солнце взойдет, роса 

очи выест. 


Б р ехн я ! П ой, старче божий, к ак ую знаеш ь, а то и звона 

не дож демся— заснем . 

— 45 —

Все. 

В п р авду, заснем. Спой к ак ую ни на есть! 

Кобзарь (поет). 

970 «Летит орел, летит сизый 

Д а под небесами; 

Идет М аксим, идет батька 

Степями, лесами. 

Ой, летает орел сизый, 

975 А за ним орлята; 

Идет М аксим, идет батька, 

А за ним ребята. 

Запорож цы — те ребята, 

В п оход ах повиты. 

980 С ними дум ает-гадает, 

Р уб и ть или пить им, 

А то п л ясать— та к уд ар я т. 

Что земля грохочет. 

Запоет он— так ответят, 

985 Что горе хохочет. 

Горелку-м ед не чаркою — 

А ковш ом хлебает. 

П ротивника, не глядю чи. 

К азн и т, не сп ускает. 

990 В от такой-то атаман наш, 

О рел сизокрылый! 

И вою ет, и гар ц ует, 

Н е ж ал ея силы — 

У него одно ж илищ е, — 

995 Тем ная д у б р а в а ... 

Степь Да море— вот дорога. 

Там золото, слава. 

Трепещ ите, враж ьи ляхи . 

Л ю ты е собаки: 

1000 Ж елезн як на Черном Ш ляхе, 

З а ним гайдамаки». 

— 46 —


Вот это так! Х вати л , нечего сказать: и складно, и ладно. 

Х орош о, право, хорош о! Что ни запоет— в самый раз! 

Спасибо, спасибо! 

Г айдамак. 

1005 Я как-то не разобрал, что он пел про гай дам аков? 


Эка бестолочь, право! Видиш ь, вот 

что он пел: чтоб 

л яхи прокляты е, лихие собаки, к ая л и сь, а то идет Ж ел езняк 

Черным Ш ляхом с гайдам акам и, чтобы л я хов, зн аеш ь, 

р езать... 

Гайдамак. 

1010 и веш ать, и терзать! Славно, ей-богу, славно! Н у, это 

так! П раво, дал бы целковый, если б не пропил вчера! 

В от беда! Н у, п ускай старая вязнет, больш е м яса будет. 

П отерпи, м илостивец, завтра отдам. Х в ати -к а еще про 

гайдам аков. 


1015 Д о денег я не больно охоч. Бы ла бы охота сл уш ать,— 

пока не охр и п н у, б у д у петь; а охр и п н у— ч арочку, д р у гую 

той живой водицы, к ак говорится, и снова н ачн у. Слуш ай 

ж е, честнйя громада! 

«Ночевали гайдамаки 

1020 в зеленой дуброве. 

Н а приколе стоят кони, 

Седла наготове. 

Н очевали ляш ки-панкй 

Вм есте с ш инкарями, 

1025 Н апи лися, разлеглися. 

Д а и ...» 

— 47 —

Все. 

А ну, тихо! К а к будто звонят. Слыш ишь? Еще 

р а з... о! 

«Зазвонили, зазвонили!»— 

1030 П ош ло грем еть логом. 

«Ступайте ж е да молитесь. 

Д окончу дорогой...» 

\ 

1035 

1040 

1045 

1050 

П овалили гайдам аки, 

И стон по дуброве; 

Н е повезли, а на плечи 

В ск и н ул и , — воловьи 

Н есут возы. А за ними 

Слепой В л а х, и снова; 

«Ночевали гайдам аки 

В зеленой дуброве...» 

К овы ляет, повторяет 

Б ез то л к у , без л ад у. 

«Н у, д р у гу ю , старче божий!» — 

Кричит вся громада. 

П одняв возы над плечами. 

«Ладно, хлопцы , нате! 

В от так! В от так! Славно, хлопцы! 

А н у-ка, орлята, 

Попробуем!» 

Земля ходит, 

А они с возами 

Т а к и р еж ут. Т о т играет 

Д а вторит словами: 

«Ой, гоп таки-так!» 

1055 К личет Гандзю козак: 

«Иди, Г андзя, побалую ! 

Иди, Ган дзя, поцелую ! 

— 48 —

1060 

1065 

Пойдем, Гандзя, у попа 

Б о г у пом олиться; 

Н ет пшеницы ни снопа— 

Вари чечевицу!» 

Завел ж ен к у — в мошне тонко: 

К л адовка п устует; 

Под дерю гой растут дети, 

К о зак не горюет: 

«И в дому-то ти-ни-ни, 

И в сен ях-то ти-ни-ни. 

Л иня, баба, тяни! 

Ти-ни-ни, ти-ни ни!» 

1070 «Славно! Славно! Ещ е! Еще!»- 

К ричат гайдам аки. 

1075 

1080 

1085 

«ОЙ, ГОП, ВОТ так диво! 

Н аварили ляхи пива, 

А мы будем пировать, 

Л яш ков-п анкбв угощ ать; 

Л яш кам-панкбм угощ енье, 

А паненкам развлеченье. 

О й, гоп таки-так! 

Зовет панну козак: 

П анна, пташ ка моя! 

П анна, доля моя! 

Н е см ущ айся, дай мне р у ч к у. 

Пойдем, погуляем : 

П ускай людям горе снится, 

А мы поиграем! 

А мы поиграем. 

С частья попытаем. 

П анна, пташ ка моя. 

П анна, доля моя!» 

1090 

«Еще, еще!» 

4 Т. г. Шевченко 

49 —

1095 

«Кабы так-то, или та к , или ся к , 

К абы таки запорож ский козак! 

Кабы таки молодой, молодой. 

Х оть по хате походил бы со мной! 

С тр ах, к ак мне не хочется 

С дряхлы м дедом морочиться! 

Кабы та к и ...» 

«Эй, вы, ш альные! не беситься! 

Ишь, расходили сь к ак ! А ты, 

'п о о К обель облезлый, чем м олиться, 

Т у д а ж е, в пляс! Заткните рты!»— 

К рик атам ана. О гляделись; 

Х рам перед ними. Д ь я к поет, 

Попы с кадилам и, с кропилом; 

1105 К а к неживой, засты л народ, 

И ни г у - г у ... М еж ду возами 

Попы с кропилами пошли; 

Х ор угв и по рядам несли. 

К а к над пасхальны м и столам и. 

1110 «Молитесь, братия, молитесь!»— 

Речь благочинного слышна: 

«У древних вр ат Чигирина 

На страж е стал небесный витязь. 

Не даст святого распинать. 

1115 А вы У к р а й н у защ ищайте: 

Не дайте матери, не дайте 

На плахе в м ук а х погибать! 

О т К онаш евича доныне 

П ож ар не гаснет, люди м рут, 

1120 Том ятся в тю рьм ах, на чуж бине.. 

Младенцы без креста р астут, 

Козачьи дети; а дивчата!.. 

Земли укр аи н ской краса 

В неволе вянет, к ак когда-то 

— 50 —

1125 У в я л а м ать... У ж е коса 

изо 

Стыдом сеч ется ... П лачут очи, 

От горя слепнут; расковать 

К о зак сестр у свою не хочет; 

Сам не сты дится изнывать 

В ярме у л я х а ... Горе, горе! 

М олитесь, дети! Страшный суд 

Л я хи У край н е вновь несут, 

И черные взры даю т горы. 

Припомним гетманов держ авны х; 

1135 Где схоронили их? Где прах 

Б огдан а— славного из славны х? 

Где О страницына в степях 

Стоит убогая гробница? 

Где Н аливайки? В сю д у тьма! 

1140 Л иш ь пепел их по ветр у мчится! * 

Где наш Б о гун ? Где та зима? 

И н гул, к ак преж де, зам ерзает— 

Б огун не встанет завалить 

Е го врагам и 

Л я х гуляет; 

1115 Б огдана н е т у — обагрить, 

К а к преж де, Р ось и Ж елты Воды. 

И стонет К о р сун ь дни и годы; 

Печали не с кем поделить. 

И А л ьта плачет: «Злая слава! 

1150 Я со х н у, с о х н у ... Где Т арас? 

И не сл ы х а ть ... Н ет, не в отца вы!» 

Не плачьте, братия; за нас 

И душ и праведны х, и сила 

А р хи стр ати га М ихаила. 

1155 Не за горами кары час. 

М олитесь, братия!» 

М олились, 

.Молились ж ар ко козаки, 

4 * 

— 51 —

К а к дети, ж ар ко. Н е томились,, 

1160 Иного ж д а л и ... а сверш илось: 

Н ад их могилами— платки! 

Одно счастье, одна сл ава— 

Белы й плат накинут, 

И тот сн и м ут... 

1165 А диакон: 

«П ускай ворог сгинет! 

В от вам нож и! Освятили». 

Н абат не см олкает; 

Р ев над бором: «Освятили!» 

1170 Сердце зам ирает. 

О святили! освятили! 

Сгинет ш ляхта! сгинет! 

Разобрали, засверкали 

По всей У краи н е *.

у 

I. 

-04)- 

рпять У к р а й н у истязали, 

sKaK преж де, ляхи; день один. 

Ещ е один протосковали 

И У к р а и н а, и Чигрин. 

И тот прош ел— день М аковея, 

1180 Великий праздник разговенья. 

П рош ел ... Т оргаш и дворянин 

Вином и кровью уп и вались, 

Р уга л и схи зм у, распинали. 

К л ял и , что нечего отнять. 

1185 А гайдам аки молча ж дали, 

нов 

П ока злодеи л я гут спать. 

Л егли — не знали, не гадали, 

Что завтр а им уж е не в стать. 

Паны засн ули, но под сводом 

М енялы барыши таят, 

В тиши червонцами звенят, 

С кры ваясь, видно, от народа. 

И те на золоте легли, 

И сном нечистым задремали. 

1195 Д а , дрем лю т... Н авеки б они задремали! 

А в т у п ору м есяц плывет озирать 

И неба просторы , и звезды, и море, 

П овидать народы, счастье их и гор е, 

— 53 —

и господу утром о всем рассказать. 

1200 Светит белолицый над У край н ой рдяно, 

С вети т... А видал ли он мою О ксан у, 

Д и тя из О льш аны, мою сироту? 

Где ее терзаю т, где она страдает? 

Знает ли Яре.ма? М ож ет быть, не знает? 

1205 Увидим мы п осл е... А теперь не т у , 

Не т у запою вам, не т у заиграю ; 

Горе— не дивчата— в пляс теперь пойдет. 

Недолю напомню козацкого края! 

Знайте, передайте всем из рода в род, 

1210 Чтобы дети знали ,— вн укам передали. 

К а к козаки ш л я хту тяж ко покарали 

За то, что нещадно теснила народ. 

В олновалась У краи н а, 

Д ол го волн овал ась,— 

1215 Д ол го , долго кровь степями 

Т ек л а, разливалась* 

Т ек л а, текла и вы сохла. 

П оля зеленеют; 

Деды л еж ат, а над ними 

1220 К ур ган ы синеют. 

Вы сокие, а что толку? 

Н икто их не знает, 

Н икто гор ько не заплачет, 

Н икто не помянет. 

1225 Т ольк о ветер ти хохон ько 

П овеет над ними. 

Т олько росы ранехонько 

Слезами своими 

И х ум ою т. Взойдет солнце, 

1230 О суш ит, п р и гр еет... 

Н у, а вн уки? Им нет д ел а,— 

Панам ж ито сеют! 

— 54 —

1235 

1240 

1245 

Н емало и х, а кто скаж ет, 

Где Гонты могила? 

М ученика праведного 

Где похоронили? 

Где Ж елезн як простодуш ный, 

Где он почивает? 

Горе, горе! К а т владычит, 

А и х— забы ваю т. 

В олновал ась У краи н а, 

Д ол го волновалась. 

Д ол го, долго кровь степями 

Т ек л а, разливалась. 

И день, и ночь— вопли, грохот; 

Земля стонет, гнется; 

Г р устн о, страш но, а припомнишь- 

Сердце засмеется! 

1250 

1255 

М есяц ты мой ясный! Сойди с небосвода. 

У крой ся за горы , уйди от невзгоды; 

Страш но тебе станет, хоть видал ты Р ось, 

И А л ь т у , и Сену1"; и там пролилось 

Неповинной крови ш ирокое море. 

Что ж е нынче будет? Т а к скройся за горы; 

У й д и , мой сердечный! Чтоб не довелось 

На старости п л акать... 

Г р устн о, грустно среди неба 

Светит месяц бледный. 

А над Днепром козак идет,— 

1260 Н ерадостен, бедный. 

Идет смутны й, невеселый, 

К а к будто с кладбищ а. 

М ож ет, м илая не любит 

О ттого, что нищий? 

1265 и милая его любит, 

— 55

Х о ть всю ду— заплаты . 

Ч ернобровы й, а не сгинет,— 

Т а к будет богатым. 

Ч то ж е смутен и невесел 

1270 Идет да тоск ует? 

Видно, злую долю сердце 

К озацкое чует. 

Ч ует сердце, да не скаж ет, 

Где беда л и хая . 

1275 П ройдет б ед а ... А о к р у га — 

К а к бы неж ивая. 

П етухи молчат, собаки 

За плетнем не лаю т. 

Т олько где-то сиром ахи— 

1280 В олки завы ваю т. 

Ч то ему! Идет Ярема, 

Д а не в дом О ксаны, 

Н е в О льш ан у, к милой в гости — 

Н а л яхов поганы х, 

1285 Н а Ч еркассы . А там третий 

П етух отзовется. 

А там ... а там ... И Ярема 

К Д н еп р у обернется. 

«Ой, Д неп р ты мой, Д неп р мой ш ирокий, обильный! 

1290 Немало ты, древний, в низовья носил 

Козацкой той к р ови,— и понесеш ь, сильный! 

О красил ты море, да не напоил,— 

А нынче уп ьеш ься. Б агровое пламя 

По всей У краи н е в ночи заревет; 

1295 Потечет волнами, волнами, волнами 

К ровь ш ляхты проклятой! К озак оживет; 

И гетманы встан ут в золоты х ж уп ан а х, 

Вернется к нам счастье; и гр я н ут слова: 

«Отчизна свободна!» А в степ ях У край н ы — 

1300 О, боже мой милый— блеснет булава!» 

— 56 —

Т а к дум ал, ш агая в драной армянине. 

Б едн яга Я р ем а— свячёный в р у к а х . 

А Д н еп р— точно слышал: ш ирокий да синий 

Взм етнул горы-волны , а там, в кам ы ш ах— 

1305 Р евет, стонет, завы вает, 

Л озы наклоняет; 

Гром гр о хо ч ет... А молния 

Т у ч у разры вает. 

Идет вперед наш Я рема, 

1310 К а к будто незрячий; 

М чатся думы д р уг за друж кой , 

Р а д у я сь и плача. 

«Там О ксана, там весело 

И в драной сермяге; 

1315 А т у т ... а т у т ... как придется! 

М ож ет, трупом лягу!» 

А в т у пору из лощины 

П е тух — к ук ар ёк у! 

«А, Ч ер кассы !., боже милый, 

1320 Не у б авь мне веку!»

1325 

1330 

1335 

1340 

азвонили, зазвонили 

По всей У краи н е; 

Закричали гайдамаки: 

«Сгинет ш ляхта! Сгинет! 

Сгинет ш ляхта! П огуляем — 

Н ебу станет ж арко!» 

Запы лала См елянщ ина,— 

Небо свети т ярко, 

П оглядели— Медведёвка^! 

Н ебо озаряет. 

Горит Смела; Смелянщина 

К ровью истекает. 

Горит К о р сун ь , горит К анев, 

Ч игирин, Ч еркассы ; 

Черным Ш ляхом ^2 пошло пламя, 

И кровь полилася 

Д о Волыни. А в Полесьи 

Гонта пир справляет, 

А Ж елезн як в Смелянщине 

Саблю закаляет, 

Т ам , в Ч ер к ассах, где Ярема 

П робует свячёный. 

«Вот так! вот так! Славно, дети, 

К арай те без счета! 

— 58 —

■?■' ■ ■•“ с- '.; . ■

■' р - 

V .

1345 Славно, хл оп ц ы Ь — на базаре 

Ж елезн як взы вает. 

К ругом пекло; гайдамаки 

По п ек л у гул я ю т. 

А Я рем а— по два, по три 

1350 Р уб и т, к ак попало— 

Страш но взгл ян уть! «Славно, милый! 

Чумы на них мало! 

Казнй! казни! В раю будеш ь. 

Или есаулом ! 

1355 Г ул я й , милый! Н у-к а, детки!» 

И детки м ахнули 

По подвалам, по амбарам. 

По чердакам — всю ду; 

В сех побили, все забрали. 

1360 «Теперь, хлопцы , будет! 

У том ились, отдохните!» 

У ли цы , базары 

В гр у д а х тр уп ов, в волне крови. 

«Мало ш ляхте кары! 

I 

1363 Снова надо перемучить, ^ 

Ч тоб не пробудились 

Н ехристей прокляты х души!» 

Н а площ адь сходились 

Гайдам аки. Ш ел Ярема, 

1370 Ж елезн як навстречу: 

«Ближ е, хлопец! Ты не бойся— 

Я не изувечу!» 

«Не бою сь я!» Ш ап ку ск и н ул , 

Стал, к ак перед паном. 

1375 «Ты откуд а? К то ты таков?» 

«Я, пан, из Ольшаны». 

«Из О льш аны ,— где ктитора 

Псы замордовали?» 

«Где? Какого?» 

1380 «Да в О льш ан е... 

— 59 —

Т о л кую т, укр ал и 

И дочь его, коли знаеш ь». 

«Д очку!., там , в Ольшане?» 

«У ктитора, коли ты знал». 

1385 «Оксана! Оксана!»— 

13У0 

Е ле вымолвил Я р ем а,— 

Д а и р у х н у л долу. 

«Ага! В от ч то ... Ж ал к о хлопца! 

Подними, Микола!» 

О помнился. «Б атька! брат мой! 

Бы ть бы мне сторуким ! 

Д ай те нож мне! дайте силы! 

м у к и врагам! м уки! 

М уки беш еной, чтоб п(жло 

1395 Т р я сл о сь да бледнело!» 

«Славно, милый! Ножи б уд ут 

На святое дело. 

Ступай с нами на Л и ся н ку, 

Н ож и пригодятся!» 

1100 «Идем, идем, атаман мой, 

С тобой побрататься 

Готов навек! Н а край света 

П олечу, достан у, 

В пекле отниму О к са н у... 

1105 Или ж ить не с т а н у ... 

Н а край света,— да не найду. 

Не найду Оксану!» 

«Может, сыщеш ь. А к ак кличут 

Т ебя?— знать желаю». 

1110 «Яремою». 

«Родные кто?» 

«Родных я не знаю!» 

«Видать, бай стр ук? И ш ь, безродный. 

Запиш и, М икола, 

1115 К нам в реестры! П ускай б у д ет... 

П ускай будет Голый! 

- 60 -

1420 

1425 

1430 

1435 

1440 

1445 

В иш ь, В л ох м отьях!» 

«Нет, неладно!» 

«Ну, тогда Бедою?» 

«И то не в лад». 

«Погоди же; 

Пиши Галайдою!» 

Записали. 

«Ну, Галайда, 

Идем на прокляты х! 

Ищи д о л ю ... А не сы щ еш ь... 

По кбням , орлята!» 

И Яреме коня дали— 

Взяли из обоза. 

У см е х н у л с я , огл я н улся , 

У ти р ая слезы. 

В ы ехали на з аставу,— 

П ылаю т Ч ер кассы ... 

«Все т у т , дети?» 

«Гайда!» 

Р азлилася 

«Все ту т , батька!» 

По дуброве в Н адднепровьи 

К озачья ватага. 

А за ними кобзарь старый 

Т ащ и тся вполш ага 

Н а убогой лош аденке. 

Песню запевает: 

«Гайдамаки, гайдамаки, 

Ж елезн як гуляет!» 

1450 

П о ехали ... А Ч еркассы 

Пламенем пылают. 

Ч орта в них! И не посм отрят. 

Х о х о ч у т, ругаю т 

В р аж ью ш л я х ту. К то толкует, 

К то слуш ает В л а ха. 

- 61, 

I

А Ж елезн як— перед всеми, 

Н адвинув п ап аху; 

Е дет, зоркий; к ур и т тр у б к у , 

1455 Н иком у ни слова. 

А за ним немой Я р ем а!.. 

Г у стая дуброва, 

И темный бор, и даль Д н еп р а, 

И круты е горы, 

1460 Н ебо, звезды, счастье, люди 

И лютое горе — 

Все пропало, все! Без толку 

Е дет, к ак незрячий 

Или мертвый. Т я ж к о хл оп ц у, 

1465 Т я ж к о, а не плачет. 

Н ет, не плачет: змей ж естокий 

Ж адн о вы пивает 

Е го слезы, давит д уш у. 

Сердце раздирает. 

1470 «Ой, вы , слезы! мои слезы! 

Вы смоете горе; 

Смойте его ... Горько! тошно! 

И синего м оря, 

И Д н еп ра, чтоб вылить гор е,— 

1475 Д неп ра не достанет! 

Или загубить мне д уш у? 

О ксана! О ксана! 

Где ты? где ты? Г л ян ь, родная. 

Мой светик единый! 

1480 Г л ян ь, родная, на Я рему! 

Где ты? М ож ет, гибнет; 

М ож ет, гор ько клянет долю, 

К лян ет, изнывает. 

И ль у п ана-басурм ана 

1485 В оковах рыдает! 

М ожет, вспомнила Я рем у, 

Вспомнила О льш ану, 

— 62 —

З овет его: «Сердце мое, 

Обними О ксан у! 

14 90 Обнимемся, соколик мой! 

Н авеки сомлеем. 

П у сть враги н асм ехаю тся,— 

Н е услы ш им !..» Веет, 

В еет ветер из-за моря, 

1495 Т ополь клонит В поле,— 

И д евуш ка наклонится. 

К у д а гнет недоля; 

П оскучает, потоскует, 

З аб у д е т... а м ож ет... 

1500 В чуж ом стане— сама пани, 

А л я х ... боже! боже! 

К азн и адом мою душ у. 

П ролей м уки море. 

Греми громом надо мною, 

1505 Н о не таким горем 

К азн и сердце! Р азорвется, 

Б у д ь оно из камня! 

Счастье мое! сердце мое! 

О ксан а! О ксана! 

1510 К у д а скры л ась, удалилась?» 

И хлы н ули слезы ,— 

Ч асто-часто полилися. 

О ткуда взялися! 

А Ж елезн як гайдамакам 

1515 В елит становиться. 

«К л есу, хлопцы ! Р ассветает, 

И кони устали . 

П опасем их»,— и неслышно 

З а лесом пропали.

-о-®- 

1525 

1530 

1535 

зош ло солнце; У к р аи н а — 

П ы лала и тлела; 

Кой-где ш л яхта, в смертном стр ахе. 

По збмкам сидела. 

Во всех сел ах — виселицы; 

Веш али повсю ду — 

Л иш ь м агнатов, прочих клали 

Грудою на гр у д у . 

На у л и ц а х , на р асп утья х 

С обаки, ворбны 

Гры зут ш л я х ту, клю ю т очи,— 

Н икто не хор он и т... 

И неком у: оставались 

Д ети да со б ак и ,— 

Бабы даж е, взяв ухваты . 

Пошли в гайдам аки. 

1540 

Вот такое было дело 

По всей У краи н е! 

А д кром еш ны й... И за что же- 

П одумаеш ь ныне? 

О дних отцов одни дети,— 

Ж и ть бы, весели ться. 

Н ет, не смели, не хотел и ,— 

— 64 —

t O n ^ l U M ittm. 

^ imt. ЛL■i^Xг^ '■ / ^ Л Л ы к ^ 

I* >‘ 

'IV,; 

f1 i л-'i 

v , V 

A 

'S ' 

Ц

Н адо разделиться! 

Надо крови , братской крови, 

1545 Завидно •— у брата 

И в ком оре, и в подворьи, 

И теп лая х ата. 

«Убьем брата! Сожжем хату!» — 

С казали , и сталось. 

1550 В се к ак б уд то !.. Н ет, на м^ку 

Сироты остались. 

В сл езах росли, и выросли; 

И рабские руки 

Р азвязал и сь — и кровь за кровь, 

1555 и м уки з а муки! 

Б олит сердце, к ак припомнишь: 

Б ратской кровью мыты 

Славян р ук и . А причина? 

Ксендзы , йезуиты!..^* 

1560 П роходили гайдамаки 

Л есам и густы ми, 

А за ними и Галайда 

С думами своими. 

М иновали В ороновку, 

1565 В ер б о в к у; в О льш ану 

П ри ехали. «Спросить бы мне, 

Спросить про О ксан у? 

Н ет, не надо, п усть не знают. 

За что пропадаю ...» 

1570 Н а т у п о р у гайдамаки 

Село покидаю т. 

Спросил было у мальчика: 

«Ктитора убили?» 

«Да нет, дядя; отец сказал, 

1575 Что его спалили 

Вон те л я хи прокляты е, 

И О к сан у взяли. 

5 т. Г. Шевченко 

— 65

А ктитора на кладбищ е 

Вчера зарывали». 

1580 Не д о сл уш а л ... «Неси, чалый! 

И бросил поводья. 

«Зачем вчера, пока не знал. 

Не погиб в походе! 

Н у, а нынче, хоть и ум р у, 

1585 Т а к из гр о ба в стан у, 

П анов к ар а ть. Сердце мое! 

О ксана! О ксан а! 

Где ты?» 

Зам олк, и, то ск уя , 

1590 П оехал тропою . 

Т р удн о ем у, горемыке. 

Б ороться с тоскою . 

Д огн ал свои х. Боровицкий 

В стал х у т о р за тыном. 

1595 К орчм а тлеет с амбарами, 

А Л ейба — к ак сги н ул. 

У см е хн ул ся мой Я рема, 

Г орько усм ехн улся: 

«Вот т у т , вот т у т я недавно 

1600 П еред Л ейбой гн у л ся . 

Н у, а нынче...» И ж ал ь стало, 

Что горе м инуло. 

Гайдамаки над обрывом 

С дороги свернули. 

1605 Н агоняю т подростка там: 

П аренек в азяме 

Заплатанном , в худ ы х л ап тях. 

Сума за плечами. 

«Эй ты, нищий! А н у, постой!» 

1610 «Я не нищий, право! 

Я такой ж е гайдамака». 

«Туда ж е, корявы й! 

— 66 -

Ты откуда?» 

«Кирилловский»**. 

1615 «А Б удищ а знаеш ь? 

И озеро возле Будищ?» 

«И озеро знаю — 

Вон там оно; по яр^ге 

П роберетесь точно». 

1620 «Что, видал ты нынче ляхов?» 

«Нигде, к ак нарочно! 

А вчера немало было. 

В енков не святили: 

Н е дали злодеи-ляхи. 

1625 За то ж мы их били! 

И я с отцом святым ножом; 

А мать нездорова, 

А то б тож е...» 

«Ладно, малый! 

16.S0 З а смелое слово 

Н а червончик, да не теряй!» 

М онета зардела, 

Г л я н ул парень: «Спасибо вам!» 

«Н у, хлопцы , за дело! 

16.35 Д а слыш ите! Не гомонить. 

Г ал ай д а, за мною! 

В я р у ге той есть озеро. 

Рощ а под горою . 

А в роще — скарб. К а к подъедем, 

1640 Чтобы окруж али, — 

Скаж и хлопцам! М ожет, склепы 

О хр ан ять осталась 

Эта сволочь». 

П одъехали, 

1645 Р ощ у окруж или; 

Смотрят — никого не ви дн о... 

«Э, да т у т их — сила! 

— 67 —

Ай да груш и уродились! 

Сбивайте, орлята! 

1650 Ж иво! ж иво! В от так! вот так!» 

И конфедераты 

П осы пались вдруг с деревьев. 

Что груш и гнилые. 

П осбивали, управились; 

1655 К озаки лихие 

Н аш ли склепы , скарб забрали, 

Кош ели у ш ляхты 

О бы скали, и дальш е в п уть — 

К ар ать псов прокляты х, 

1660 Н а Л исянку...'®

'i, ' ;.'■ '■. . .i:';: v-^ 

*

ечерело. Н ад Лисянкой!® 

Небо озарилось: 

Это Гонта с Ж елезняком 

Т р убки закури ли. 

1665 Страш но, страш но закурили! 

В аду не умею т 

Этак к ур и ть! Гнилой-Тикич 

К ровью багровеет 

Д вор янскою , купеческой. 

1070 А над ним пылают 

И хатен к а, и хоромы; 

С удьба, знать, карает 

И вы сш его, и нищего. 

А среди базара 

1675 Стоят Гонта с Ж елезняком , 

К ричат: «Ляхам кары! 

К ары ляхам , чтоб каялись!» 

И хлопцы караю т. 

Стоны, вопли; один просит, 

1680 Д р у го й проклинает; 

Т от м олится, откры вает 

Г р ехи перед братом. 

У ж е мертвым. Не м илую т. 

У ж асн а расплата. 

69 —

‘ 685 К ак смерть сама, презираю т 

М олодые годы 

Ш ляхтяночки, ш инкарочки. 

К р овь стр уи тся в воду. 

Н и калеки, ни младенца, 

1690 Ни старца седого 

Не осталось, — не укр ы лись 

От смертного зова. 

Все полегли, все вп овалку; 

Ни один ж ивущ ий 

1695 Смерти не избег в Л исянке. 

А пож ар все пущ е 

Р азгор ал ся , разы грался. 

В зви лся к небу, ярый. 

А Галай да, знай, взывает: 

1700 «Кары ляхам , кары!» 

К а к безумный, мертвых реж ет. 

Р уби т где попало. 

«Дайте в р а га, дайте пана! 

М ало мне, все мало! 

1705 Д ай те л я х а , дайте крови 

Н ацедить поганой! 

К рови м ор е... М ало м оря!.. 

О ксана! О ксана! 

Где ты?» — крикнет и скроется 

1710 В пламени пож ара. 

Той порою гайдамаки 

Посреди базара 

Столы ставят; тащ ат яства. 

Где что отыскали, 

1715 Чтоб п оуж и н ать при свете. 

«Гуляй!» — закричали. 

У ж и н аю т, а кругом их 

П екло пламенеет. 

Повеш енные, в пламени, 

17-20 Н а бал к ах чернеют 

— 70 —

Т р уп ы ш ляхты . Горят балки 

И падаю т с ними. 

«Пейте, дети! П ейте, лейте! 

С панами таким и, 

1725 М ож ет, снова мы встретимся, 

Снова погуляем!» 

И Ж елезн як одним духом 

Ч а р к у осуш ает. 

«За мерзкие ваш и трупы , 

1730 За мерзкие душ и 

Вы пью снова! Пейте, дети! 

Вы пьем , Гонта, друже!» 

«Выпьем, брат мой, погуляем 

Мы нынче с тобою . 

1735 А где кобзар ь? Н у-к а, стары й. 

П розвени струною ! 

Н е про дедов, — мы не х у ж е 

Здесь л я х о в караем; 

Не про гор е, — мы такого 

1740 Н е знали, не знаем. 

В есел ую рвани, старче, 

Ч тоб земля ходила, — 

П ро вдовицу-молодицу. 

К а к она туж ила». 

Кобзарь {играет и подпевает)^ 

1745 «От села до села 

М узы ка и пляска: 

К у р и яйца продала — 

Ч еревичкам — таска! 

От села до села 

1750 П р оплясать придется: 

Ни коровы , ни вола — 

Х а т а остается. 

Я отдам, я продам 

К у м у свою х а т к у . 

71 —

1755 Я куплю, Я срублю 

П од ТЫНОМ— пал атку; 

Т орговать, продавать 

Б у д у мед да б р аж к у. 

П оплясать, п огул ять 

1760 П ойду н араспаш ку! 

О х вы, детки мои. 

Мои голубочки ! 

Не браните, поглядите. 

К а к п л яш у до ночки! 

1765 

Я в батрачки пойду. 

Д ето к в ш колу отдам, 

А червонным черевичкам 

Т а с к у дам, т а ск у дам!» 

«Славно! славно! П лясовую , 

1770 К обзарь, плясовую !» 

Слепец гр я н ул . Р ук и в боки. 

Пошли в к р уго в ую . 

Земля д р ож и т... «Н у-ка, Гонта!» 

«Ну, М аксим, родимый! 

1775 У дарим -ка, пока ж ивы. 

Мы ведь побратимы!» 

«Не глядите вы, дивчата. 

Что я обтрепался; 

З н ать, мой батька стр угал гладко, 

1780 Я в него удался». 

«Славно, братец! В от, ей-богу!» 

«Н у, М аксим, живее!» 

«Погоди-ка!» 

«По моему обычаю: 

1785 Люби в сех без различия, — 

И поповну, и д ь я ч и ху, 

И кривую сторож иху!» 

— 72 —

В еселятся, а Галай да, 

К а к преж де, невесел. 

1790 Сидит один в конце стола, 

Г о л ову повесил — 

П лачет гор ько. Что бы, право? 

В богатом ж уп ан е, 

И золото, и слава есть, 

1795 Д а н ету Оксаны! 

Не с кем счастьем поделиться, 

Не с кем молвить слово! 

Один, один сиротою 

С китается снова! 

1800 А о том, о том не знает. 

Ч то его О ксана 

За рекою , за Тикичем 

Во дворце у пана, 

С теми ляхам и, какие 

1805 М у ч и л и , у б и л и 

Е е отца. Звери, звери! 

Т еп ерь притаились 

За стенами, лю буетесь. 

К а к д р у ги х караю т, 

1810 В аш их братьев! А О ксана 

В тоске ожидает. 

Н а пож ар Л исянки смотрит. 

Д р у га ищ ет взглядом . 

О динокая, не знает, 

1815 Ч то Я р ем а— рядом. 

Т у т , в Л и сян ке. Не в лохм отьях 

В нарядном ж уп ан е. 

Сидит один и дум ает 

О своей Оксане: 

1820 «Где она, моя гол убка, 

П лененная, плачет?» 

Горько ему! 

А из яра 

— 73 —

в одежде козачьей 

1825 Т ен ь крадется. 

Галайда поднялся. 

«Кто ты такой?»— 

«Я посланец пана Гонты. 

Там он р азгул я л ся — 

1830 Я подожду». 

«Не дож деш ься, 

Т ы — Л ейба, собака!» 

«Спаси бож е, я не Л ейба! 

Видиш ь? Гайдам ака! 

1835 В от к оп ей к а... П осм отри-ка!.. 

Т ы разве не знаешь?» 

«Знаю, знаю!» — и свячёный 

Скорей вынимает. 

«П ризнавайся, враг лукавы й, 

1840 Ты привел в О льш ану, 

В дом ктитора пьяны х ляхов? 

Я , Л ейба, не стан у 

Ш утить ш утки. Я — Ярема, 

Работник твой рьяный. 

1845 Ч то, не узн ал ? П р и зн авай ся... 

Где моя Оксана?» 

З ам ахн улся . 

«Спаси бож е!.. 

С панам и... в п а л атах... 

1850 В ся в золоте...» 

«Выручай же! 

В ы ручай , проклятый!» 

«Тотчас, м игом ... О й, какой вы. 

Я рем а, завзяты й! 

1855 Сейчас пойду и вы ручу: 

Д еньги дверь взломаю т. 

С к аж у ляхам : вместо П аца...» 

«Ладно, ладно! Знаю , 

- 74 —

1860 

1865 

1870 

1875 

Ступай живо!» 

«Иду, иду. 

Г о н ту забавляйте 

Д о полночи, а там м ож но!.. 

С тупайте ж , гул я й те!.. 

К у д а везти?» 

«На Лебедин! 

Н а Л ебедин, — понял?» 

«Понял, понял!» 

И Галайда 

С Гонтой п л я ск у поднял. 

А Ж елезн як берет кобзу: 

«Пляши, кобзарю га! 

Я сыграю». 

И впри сядку 

Слепец вдоль по к р у гу 

Т а к и хлоп ает лаптями. 

П оддает словами: 

1880 

«В огороде пастернак, пастернак; 

А л ь тебе я не козак, не к озак? 

А л ь тебя я не люблю, не лю блю ? 

А л ь тебе я черевички не куп лю ? 

К уп л ю , куп лю , чернобровка. 

К уп л ю , куп лю на обновку. 

Б у д у , сердце, ходить. 

Б у д у , сердце, лю бить». 

1885 

1890 

«Ой, гоп-гопака! 

П олю била козака. 

Д а кривого. 

Д а седого — 

Ой ты , доля, гор ька! 

С туп ай , доля, затеряйся, 

А ты, стары й, убирай ся! 

А я — в кабачиш ко. 

— 75 —

1895 

1900 

1905 

1910 

Вы пью ч а р к у, да д р угую , 

Вы пью третью , затоскую . 

П ять и ш есть, не робей. 

П ляш ет баба все ж ивей, 

А за нею воробей. 

Д а с притопом. 

Д а с прихлопом, — 

Н е робей, воробей! 

Старый рыжий б абу кличет, 

Она ему кукиш тычет; 

«Ты, ж енатый сатана. 

Д обы вай ж ене пшена! 

Н адо деток воспитать. 

Н адо деток одевать, 

А я б у д у добывать; 

А ты, стары й, не греш и. 

Т ы за печкой полеж и. 

Ты молчи, не дыши!» 

«Как была я молодою да угодницею , 

Я повесила зап аск у над оконницею; 

К то идет — не минёт. 

Т о ш епнет, то моргнет. 

1915 А я ш олком вышиваю, 

В окош ечко им киваю . 

Молодцы, 

Удальцы ! 

Вы носите погребцы, 

^ 

1920 Д а походим, погуляем . 

Д а присядем, поиграем! 

Загоняй н аседку в сетку, 

А цы пленка— в бочку. 

1925 

И ... гу! 

— 76 —

З агн ул батька д у гу, 

Т ян ет мамка п одпругу. 

З авяж и , дочка, туго!» 

1930 «Еще? Довольно?» 

«Еще! 

Д ав ай еще! Сами ноги ходят!» 

«Ой, лей суровец, 

О пёнки найдутся! 

1935 Д ед да баба. 

В от и ладно, — 

Вместе посмеются! 

О й, лей сур овец . 

Д а крош и п етруш ку! 

1940 ................................................... 

О й, лей суровец. 

Д а накрош и хрен у! 

1945 

1950 

1955 

1960 

ОЙ, лей воду, воду, 

Д а поищем броду, броду!..» 

«Стойте, стойте!» — кричит Гонта; 

«Стойте, мало свету! 

С вету, детки!.. А где Л ейба? 

Е го еще нету? 

Н айти тотчас и повесить. 

О гузо к свинячий! 

А й да, дети! П отухает 

К аган ец козачий!» 

«Атаман!» — кричит Галайда; 

«П огуляем, батька! 

Гляди — горит; на базаре 

И видно, и гладко. 

Д ай , попляш ем. Громче, кобза!» 

— 77 —

«Конец, не пляш ите! 

О гн я, дети! Д егтю , пакли! 

М ортиры тащ ите; 

По тайникам пусти ть огонь! 

1965 Д ум аю т — все шутки!» 

Заревели гайдам аки: 

«Слышим, батька! Н у-тка!» 

Ч ерез греблю вал ят с песней. 

Сш ибают, ломаю т. 

1970 А Галайда кричит: «Батька! 

Стойте!.. П ропадаю ! 

П огодите, не палите: 

Там О ксан а, люди! 

Ч асочек лиш ь, родимые! 

1975 я ее добуду!» 

«Ладно, ладно! Ж елезняче, 

К ричи, чтоб палили! 

К б о гу полетит с врагам и ... 

А ты , сизокрылый, 

1980 Н айдеш ь снова!» 

Галайда ум чался. 

О гл ян ул ся — 

Р ев у т горы — старый замок 

С ляхам и поднялся 

1985 П рямо в туч и . Что осталось — 

Пеклом зап ы л ало... 

«Где Галайда?» — М аксим кличет. 

И следа не стало. 

П окуд а козаки плясали, 

1990 Ярема с Лейбою пробрались 

За стены зам ка, в тайники. 

С хвати в О к сан у, ч уть ж и вую . 

Я рема мчится, торж ествуя. 

Н а Л еб ед и н ...16

сирота из Ольш аны, 

f Сирота, бабуся! 

Отца л яхи зам учили, 

А м ен я ... Б ою ся, 

Б ою сь вспомнить, мое сердце!. 

2000 У везл и с собою. 

Т ы не спраш ивай, б абуся . 

Ч то было со мною. 

Я м олилась, я рыдала, 

Сердце разры валось. 

2005 Слезы сохли , душ а сты л а... 

О х, когда б я знала. 

Ч то опять его у в и ж у. 

Ч то у в и ж у снова, — 

В двое, втрое вытерпела б 

2010 З а одно лиш ь слово! 

Т ы прости, моя гол убка! 

М ож ет, я греш ила; 

М ожет, бог за то кар ает. 

Ч то я полю била, — 

2015 П олю била стан высокий 

И кари е очи. 

П олю била, к ак ум ела. 

К а к сердце захочет. 

— 79 -

Не себя я, не отца я, 

2020 М олясь, пом инала,— 

Н ет, б а б уся , я о милом 

Б ога ум оляла. 

К арай , боже! Я готова 

Под карой склон иться. 

2025 Страш но сказать: я думала 

С ж изнью распроститься. 

К огда б не он, — я ... п ож алуй . 

Д у ш у б загубила. 

Т я ж к о было! Я думала: 

2030 «О, бож е мой милый! 

Он сирота, — кто на свете 

Е го не забудет? 

К то и в счастьи, и в несчастьи. 

К а к я, не осудит? 

2035 К то обнимет горемыку? 

К то, к ак я, приветит? 

К то бедн ягу-сиротину 

Д обры м словом встретит?» 

Я так дум ала, б абуся , 

2040 И сердце смеялось: 

«Я сирота, без матери. 

Б ез отца осталась, 

И он один на всем свете. 

Один меня любит; 

2045 А про смерть мою услыш ит — 

И себя погубит». 

Т а к я дум ал а, м олилась. 

Ж д ал а, поджидала: 

Н ет милого, и не будет! — 

2050 Одна я осталась...» 

И зап л акал а. М онаш ка, 

Стоя рядом с нею. 

П ри горю н илась. 

«Бабуся! 

— 80 —

2055 

2060 

2065 

2070 

2075 

2080 

2085 

2090 

С каж и ты мне: где я?» 

«В Л ебедине, моя пташ ка! 

Ты леж иш ь больная». 

«В Л ебедине! А давно ли?» 

«Третий день, родная». 

«Третий день у ж ? .. П остой, п остой ..! 

П ож ар над водою ... 

Ш инкарь, зам ок, М айдановка...^’ 

З о в у т Галайдою ...» 

«Галайдою , Яремою 

Себя назы вает 

Т о т, к то привез...» 

Т еп ерь я все знаю!..» 

«Обещал через неделю 

П ритти за тобою». 

«Неделя! Ч ерез неделю 

Сердце успокою ! 

Б аб усен ьк а , миновала 

Л и х ая година! 

«Где он? где он? 

Т о т Г ал ай д а — мой Я р ем а!.. 

В едь вся У краи н а 

Е го знает. Я видела, 

К а к села пылали; 

Я видела, к ак поляки 

В стр ахе зам ирали. 

Ч у ть заслы ш ат про Г ал ай д у. 

Знаю т они, знаю т. 

К то таков он и откуда, 

К ого добы вает!.. 

М еня и скал, меня добыл. 

О рел сизокрылый! 

П рилетай ж е, мой соколик. 

Г олубчи к мой милый! 

О х , к ак весело на сердце, 

Я свет уви дала! 

6 т . г . Шевченко — 81 —

Л иш ь неделя, б абусен ька!.. 

Т а к три дня осталось, 

О х, к ак д о л го !.. 

«Загребай, мама, ж ар , ж а р ,— 

2095 Б уд ет тебе дочки ж ал ь , ж ал ь...» 

О х, к ак весело на свете! 

А тебе, б а б уся . 

Весело ли?» «Я тобою . 

П таш ка, веселю ся». 

2100 «Что ж е ты не подпеваешь?» 

210S 

«Стара, дочка, стала...» 

Зазвонили т у т к вечерне. 

О ксан а осталась; 

А м онаш ка, закрести вш ись, 

В храм поковы ляла. 

Ч ерез три дня в Лебедине 

В церкви возглаш али: 

«Исаия ликуй!» Утром 

Я р ем у венчали; 

2110 А к веч еру мой Ярема 

(В о т хлоп ец учтивы й!). 

Ч тоб не гневить атам ана, 

О ксан у покинул: 

В р агов кон чать; с Ж елезняком 

2115 Он свадьбу справляет 

Н а ум анском пож арищ е. 

Она подж идает,— 

П одж идает, не едут ли 

Ярема и сваты — 

2120 У везти ее из кельи 

В богатую х а т у . 

Не печ ал ься, а надейся 

Д а молися богу! 

Мне пора теперь на У м ан ь 

2196 Н аправить дорогу.

р оходят дни, проходит лето, 

А У к р а и н а , знай, горит; 

По селам гор ько плачут дети: 

Отцы пропали. Ш елестит 

2130 Л иствой п ож ухл ою дуброва; 

Г ул я ю т туч и , солнце спит — 

Н е у сл ы хать лю дского слова; 

З верь только рыщет по сел у — 

Р в ет м ертвецов. Н е хор он и л и ,— 

2135 В олков полякам и кормили. 

П ока снегами замело 

Объедки волчьи. 

И метели не мешали 

Н еистовой каре: 

2140 Л я хи мерзли, а козаки 

Грелись на пож аре. 

В от весна приш ла, и землю 

О т сна пробудила. 

У вен ч ал а первоцветом, 

Хвалилися гайдамаки, 

На Умань идучи: 

«Будем драть мы, паны-братья. 

Кумач на онучи!» 

6* 

— 83 —

2145 Б арвинком укр ы ла; 

В чистом поле ж аворонки, 

Соловьи в д убрав ах 

П еснями встречаю т землю, 

В сю в ц ветах и т р а в а х ... 

■2150 Р ай , и только! Д л я кого ж е? 

Д л я лю дей ... А люди? 

Н е хотя т и оглядеться, 

А гл я н ут— осудят. 

Н адо кровью все закраси ть, 

2155 П ож аром горючим; 

Солнца мало, цвету— мало, 

И повсю ду— тучи. 

А да м ал о!.. Люди, люди! 

К то-то в вас разбудит 

2160 В се доброе, что кроется? 

Ч у д н й , чудн й люди! 

Н е сдерж ала весна крови. 

Н е дала покоя. 

Т я ж к о гл я н уть, а припом ним- 

2165 Т а к было и в Трое, 

Т а к и будет. 

Г айдамаки 

Г ул я ю т, караю т; 

Где пройдут— земля пылает, 

2170 К р овью истекает. 

Н аш ел М аксим себе сына 

На всю У к р аи н у; 

Не родимый сын Я рем а, 

А добрый детина. 

2175 М аксим реж ет, а Ярема 

Не реж ет— лю тует: 

С ножом в р у к а х , на пож аре 

Д ню ет и ночует. 

Не м илует, не минует 

- 84 —

2180 Б ольш ого, меньш бго: 

За ктитора л яхам платит. 

За старца святого. 

За О к са н у... П обледнеет, 

К а к вспомнит О ксан у. 

2185 А Ж елезн як: «Гуляй, милый. 

П ока солнце встанет! 

П огуляем!» П огуляли: 

Грудою на гр у д у 

О т К и ева до У м ани 

2М0 Л егла ш ляхта всю ду. 

Словно туч а, гайдам аки 

У м ан ь“ обступили 

К полуночи, а к рассвету 

У м ан ь захватили. 

2195 З ахвати л и , закричали: 

«Карай л я х а снова!» 

П оскакали по б азар у 

С криком narodowi^®; 

П обеж али, плача, дети, 

2200 Больны е, калеки. 

Вопли, стон ы ... Н а площ ади. 

Где потекли реки 

К ровавы е, стоит Гонта 

С Максимом— собратом. 

2205 К ричат оба: «Славно, други! 

В от та к и х, проклятых!» 

И вдруг ведут гайдамаки 

К сен дза-йезуита, 

С ним— два хлоп ц а. «Гонта, Гонта! 

2210 А что ж е твои-то! 

Ты нас реж еш ь— зареж ь и их: 

Католики детки! 

Ч его ж ты стал? Ч то не режешь"? 

П ока малолетки. 

— 85 —

2215 З ареж ь и и х ,— к ак вы растут, 

И тебя зарёж ут!..» 

«Убейте пса! А собачат 

Своею зар еж у. 

К личь гром аду! П ризнавайтесь. 

2220 К ак ой , дети, веры?» 

«Католики м ы ... нас мама...» 

«Боже милосердный! 

Молчи! молчи! Знаю , знаю!» 

С обралась громада. 

2225 «Мои дети— католики!.. 

Чтоб не знать пощады. 

Ч тоб не ведать нам раздора. 

Ч естн ая громада! 

Я п рисягал бить всех встречных 

2230 Веры католичкой. 

Сыны мои! сыны мои! 

Ч то ж вы невелички? 

Ч то ж вы л я х а не режете?» 

«Будем резать, тату!» 

2235 «Не будете! Не будете! 

Горе ей, проклятой. 

Той проклятой католичке. 

Ч то вас породила! 

Зачем она до рассвета 

2240 В ас не утоп и ла? 

Меньше гр еха; хоть погибли. 

Д а не чуж дой веры! 

Н у, а нынче, сыны мои. 

Горько мне без меры! 

2245 П оцелуйте меня, дети. 

Не я уби ваю , 

А п р и ся га!..» ,В зм а х н у л ножо.м— 

К р овь беж ит, ж ивая! 

Л егли к ногам, убиты е. 

2250 «Тату...» — лепетали; 

— 86 —

«Тату, т а т у !.. Мы не ляхи!» 

«Мы...»— и замолчали. 

«Схоронить их?» «Католиков? 

Н ет для них могилы. 

2255 Сыны мои, СЫНЫ МОи! 

Где ж е ваш а сила? 

Ч то ж вы вр ага не резали? 

И ль д у х у не стало 

З адуш ить т у католичку, 

2260 Ч то вас пеленала?.. 

Идем, друж е!» 

В зял М аксима; 

Пош ли вдоль базара. 

Оба вместе закричали: 

2265 «Кары панам , кары!» 

И к а р а л и ... Страш но, страш но 

У м ан ь 'запы лала. 

Ни в п а л ата х , ни в костеле 

Людей не осталось,— 

2270 В се полегли. Д а , такого 

Н е бы ло'д отоле. 

Ч то в У м ан и содеялось! 

Б ази льян цев ш колу. 

Где уч и л и сь Гонты дети, 

2275 Сам Гонта ломает: 

«Ты пож рала м оих деток!»— 

Г р о зя , восклицает: 

«Ты п ож р ал а невеличек. 

Д о б р у не уч и л а!.. 

2280 Л омай стены!» 

Г айдамаки 

Стены разгром или. 

Разгром или; о кам енья 

К сен дзов перебили, 

2285 А в сех ш коляров в колодце 

Ж ивьем схоронили. 

— 87 —

Д о ночи, до поздней ш л я хту избивали.— 

Н икто не укр ы л ся . А Гонта кричит: 

«Где вы, людоеды? Где вы поскры вались? 

2290 Съели м оих д еток,— к ак я стан у ж ить! 

Не с кем мне поплакать! не с кем говорить! 

Сыны дорогие, вы , черные брови! 

Где ж е вы пропали? К рови дайте, крови! 

Ш ляхетской мне крови! та к хоч ется пить, 

22ЭГ, Х оч ется уви д еть, к ак она чернеет. 

Х оч ется уп и ть ся !.. Чтб ветер не веет, 

Л я х о в не н авеет?.. Сил н ехватит— ж ить! 

Сил н ехвати т— п лакать! Зве,зды на просторе! 

У крой тесь за т у ч у ,— я вас не и скал, 

2300 Я детей зар езал !.. Г оре, злое горе! 

Где мне приклониться?» 

Т а к Гонта кричал; 

По У м ани бегал. А среди базара, 

В крови , гайдам аки ставили столы; 

2305 Еды раздобы ли, собрались из мглы 

И уж и н ать сели. П оследняя кар а, 

И уж и н последний! 

«Гуляйте, сыны! 

П ейте, пока пьется! Б ейте, пока бьется!»— 

2310 Ж елезн як взы вает. «А н у, волоки. 

К о б зар ь, свою кобзу! п ускай земля гнется. 

П ускай п огул яю т мои козаки!» 

И кобзар ь ударил: 

«А мой батька-то корчмарь, 

2315 Ч еботарь; 

М оя мамка п р я ха 

Д а сваха; 

Мои б р атья , у д а л й . 

П ривели 

- 8 —

2320 И к орову ИЗ дубровы , 

И монисто принесли, 

и х о ж у я , Х р и стя , 

В монисте, 

А на плахте листья, 

2325 Д а листья, 

И сап ож ки , и подковы. 

В ы й ду п о утр у к коровам ,- 

Я к о р о в у напою. 

Подою, 

2330 с молодцами постою. 

Постою». 

«Ой, гоп, ходи хата! 

Запирайте дверь, ребята! 

А ты, ста р а я , не злись, 

2335 Д а ко мне скорей прижмись!» 

В се пирую т. Где ж е Гонта? 

Ч то он не гул яет? 

Ч то не пьет он с козакам и? 

Ч то не подпевает? 

2340 Н ет его; теперь у Гонты, 

Видно, нет ж еланья 

В есели ться. 

А кто это 

В черном одеяньи 

2345 П лощ адь медленно обходит? 

С т а л ... И разры вает 

Г р у д у тр уп ов; ищ ет что-то. 

Н аш ел ... Поднимает 

Н а плечи два тела малых 

2350 И , мимо базара, 

Ч ерез труп ы пробираясь, 

У ш ел в дым пож ара 

— 85* —

За костел ом ... К то же это? 

Зам учен тоскою , 

2355 Н есет детей своих Гонта, 

Н акры ть их землею. 

Чтобы псы не обглодали 

К озацкое тело. 

И темными улицам и, 

2360 Где меньше горело. 

Понес Гонта детей своих. 

П усть никто не знает. 

Где он детей похоронит, 

К а к Гонта рыдает. 

2365 Вы нес в поле, при дороге; 

Свой нож вынимает 

И ножом коп ает ям у. 

А У м ан ь пы лает. 

Я м у Гонте освещ ает 

2370 И на детей светит. 

Б уд то сп я т они, одеты ... 

Чем ж е страш ны дети? 

Зачем Гонта смотрит вором. 

Или клад скры вает? 

2375 Стоит, д р о ж и т... Из У м энн 

Слышно— окликаю т 

Т оварип1И -гайдамаки. 

Но Гон та д а л ё к о ,— 

Сынам х а т у среди поля 

2380 К опает гл убоко. 

И вы к оп ал ... Б ер ет детей. 

К л адет мертвы х в х а т у , 

И не смотрит, будто слышит: 

«Мы не л я х и , тату!» 

2385 Л егли оба; из карм ана 

П латок вынимает; 

П оцеловал м ертвы х в очи. 

К р ести т, накры вает 

— 90 —

Б агр ян ою китайкою 

2390 Головы козачьи. 

Р аскры л детей, снова г л я н у л ... 

Горько-горько плачет: 

«Сыны мои, сыны мои! 

Н а м ать-У к р аи н у 

2:193 П оглядите! Вместе с вами— 

Я за нее сгину. 

А кто меня похоронит? 

Н а далеком поле 

К то заплачет надо мною? 

2400 Д о л я моя, доля! 

Д о л я м оя, доля злая! 

Ч то ты натворила? 

Зачем ты мне детей дала? 

Меня не уби ла? 

2403 Не они меня хор он ят, 

Я их погребаю!» 

П оцеловал, перекрестил, 

У к р ы л , зары вает. 

«Спите креп ко, сыны мои, 

2410 В глубоком жилище! 

С ука-м ать детей лишила 

С вятого кладбищ а. 

Б ез чебреца и без руты 

П очивайте, дети! 

2415 Д а молите в раю бога. 

П ускай на том свете 

М еня за вас покарает. 

За гр ех сей, без меры! 

П ростите ж е! Я прощ аю , 

2420 Ч то вы чуж ой веры». 

С равн ял землю, прикрыл дёрном. 

Ч тоб не знать народу. 

Где зары ты Гонты дети, 

К озачьего роду. 

— 91 —

2425 «Почивайте, ожидайте — 

И я не замедлю . 

У короти л я вам век у 

И сам л я г у в землю! 

И меня у б ь ю т ... Скорей бы! 

2430 А кто закопает? 

Г ай дам аки!.. Т а к еще раз, 

Ещ е погуляю !..» 

Пошел Гонта безутеш ный; 

И дет, споты кнется. 

2435 П ож ар светит; Гонта глянет, 

Г лянет— усм ехн ется . 

Страш но, страш но усм ехал ся. 

Н а степь озирался. 

У тер сл ёзы ... Ч у ть маячит, 

2440 и — с дымом см еш ался**.

24 to 

2450 

2455 

2460 

авно то м инуло, к а к я, сиротина. 

М альчонкой безродным, бездомным бл уж дал , 

Без ш апки, без хл еба, по той У к р аи н е, 

Где Ж елезн як, Гонта с свячёны м гул я л . 

Д авно то м инуло, к ак теми путям и. 

Где шли гай дам аки,— босыми 

ногами 

Х одил я и п лакал, да людей й скал, 

Чтоб д обру учили. В от, припоминал. 

Вспомнил, и ж алею , что горе м инуло. 

М олодое гор е!.. Если б ты вер н улось. 

О тдал бы я счастье поздних моих лет. 

В н овь ви ж у то горе, и степи без к р ая , 

И отца и деда опять всп ом инаю ... 

Д ед еще не помер, а отца у ж нет. 

Б ы вало, под праздник, захл оп н ув Минею, 

Выпивш и с соседом, чтобы ж и ть друж нее, 

О тец просит деда,— снова б р ассказал 

Про К олиивщ ину, к ак тогда гул я л и . 

К а к Ж елезн як, Гонта л я хов п о к ар а л ... 

Столетние очи, к ак звезды, сияли, 

А слово за словом см еялось, лилось; 

К а к л я х о в кончали, к ак Смела го р е л а ... 

Соседи от стр а х а, от скорби немели. 

Д а и мне, м ладенцу, не раз довелось 

— 93 —

2465 Н ад ктитором п л акать. И никто не знает, 

Что малый ребенок за» печкой ры дает... 

Спасибо, д ед уся , что ты сохр ан ял 

В голове столетней быль родного края: 

Я все это вн укам теперь рассказал! 

2470 

2475 

2480 

2485 

Люди добры е, простите, 

П ро дела, козачьи 

Не по книж кам я толкую , 

А т а к , н аудачу. 

Т а к дед порой рассказы вал — 

П у сть ему и кнётся!— 

А я за ним. Н е знал стары й. 

Ч то читать придется 

Э ту ск а зк у грамотеям . 

Т а к прости, дед уся. 

П уск ай суд я т! А покамест 

Я к своим вер н уся , 

И у ж дойду до предела, 

Д ой д у— опочину. 

Д а хоть сквозь сон полю бую сь 

Н а т у У к р а и н у , 

Где ходили гайдамаки 

С святыми ножами. 

Н а те п ути , что я мерил 

Д етским и ногами. 

2490 

2495 

П огул яли гайдам аки. 

К реп ко погуляли: 

Ч у ть ли не год ш ляхетскою 

К р овью поливали 

У к р а и н у . И зам олкли,— 

З н ать, не стало силы. 

Н ету Гонты ; не отыщешь 

К реста и могилы. 

94 —

Б уйны й ветер поразвеял 

П епел гай дам ака, 

2500 И неком у помолиться. 

Н еком у оплакать. 

Один только брат названный 

О стался на свете, 

И тот— у зн ав, что так страш но 

2505 Б есовские дети 

Е го брата зам уч и л и ,— 

Ж елезн як зап л акал 

В первый раз. И слез не вытер. 

У м ер он, бедняга. 

2510 Т о ск а его задуш ила 

В чуж ом , дальнем поле, 

В чуж ой земле полож ила; 

Т акая -то доля! 

Т и хо-ти хо гайдамаки 

2515 Ж елезн ую си лу 

С хорон и л и ... Н асй п али 

К р у т у ю м огилу; 

З ап лакал и , разбрелися. 

Т а к ж е, к а к сошлися^ 

2520 Один только мой Ярема 

Н а п осох склон и лся. 

С тоял долго. «Почий, батька, 

В чуж ом , дальнем поле! 

В ед ь на своем нету места, 

2525 Н и м еста, ни воли ... 

Спи, к озак, душ а простая! 

К то-н и будь вспомянет!» 

2530 

Пош ел степью , горемычный. 

С лезу ути р ает. 

Д ол го-долго ози рался, 

И не видно стало. 

— 95 —

Л иш ь, чернея, над степями 

М огила сто я л а**. 

П осеяли гайдамаки 

2535 Н а У край н е ж ито. 

Д а не они его ж али. 

Ч то дел ать, скаж ите? 

Н ету правды , не вы росла,— 

К ривда поби вает... 

2540 Разбрелися гайдамаки 

По родному краю : 

К то до дом у, а кто с ножом 

В тем ную д у б р ав у. 

Н а промысел. В от такая 

2545 Д о стал ась им слава *®. 

А в т у пору Сечь родная 

П огибла, распалась: 

К то на К у б ан ь , кто за Д ун а й ; 

Т ольк о и осталось — 

2550 Ч то пороги среди степи. 

Ревут-завы ваю т: 

«Схоронили детей наш их, 

И нас разрывают!» 

Р ев у т они, реветь б у д у т ,— 

2555 И х беда минула; 

А У краи н а навеки, 

Н авеки засн ула. 

С той поры на У краи н е 

Ж ито зеленеет; 

2560 М олчит в ночй, пуш ки стихли. 

Т о л ьк о ветер веет. 

Н агибает вербы в роще. 

К овы ль в чистом поле. 

В се зам олкло. П ускай молчит; 

2565 Н а то бож ья воля. 

— 96 —

Л иш ь порою , в час вечерний. 

К огда Д неп р играет. 

Е д у т лесом гайдам аки. 

Е д ут, запеваю т: 

2570 «У наш его Галайды богатая х ата. 

Б ей , море! Славно, море! 

Славно будет, Галайда!» 

Петербург 

1841 

7 т. Г. Шевченко

-«H Sb 

П осле слова— предисловие; можно б и без него. Т а к вот, 

знаете ли: во всем, что я видал напечатанного— только видал, 

а прочитал очень нем ного,— всю ду есть предисловие, а у меня 

нет; ежели б я не печатал своих Гайдам аков, то, пож алуй, 

не надо и предисловия. А ежели у ж п ускаю в люди, то надо 

и с чем-нибудь, чтоб не см еялись над оборвыш ами, чтобы не 

сказали: виш ь, какой! Разве деды да отцы глуп ее бы ли, что 

не пускали в люди даж е б уквар я без предисловия. Т а к , правда 

так, не взыщите! П отребно предисловие. Д а к ак ж е его ском 

п оновать?— чтоб, знаете, не было и кривды , чтоб не было и 

правды, а т а к , к ак все предисловия ком поную тся. Х о т ь убей, 

не ум ею ; надо б х в а л и т ь ,— да совестно, а х у л и т ь не хоч ется. 

Начнем же убо начало книги сице: весело 

гл я н уть на слепого К обзаря, когда он сидит с хлопцем, слепец, 

под тыном, и весело послуш ать его, когда он запоет д ум у про 

то, что давно деялось. К а к боролись ляхи с козакам и, в есело... 

а все-таки скаж еш ь: слава богу, что миновало, а особенно 

к ак вспомнишь, что мы одной матери дети, что все мы славяне. 

Сердце болит, а рассказы вать надо: п ускай знаю т сыны и вн уки, 

что отцы их заблуж дались, п ускай братаю тся снова со своими 

врагам и. П ускай житом-пш еницею , к ак золотом покры та, не 

размеж еванною останется навеки от моря и до м оря— сл авян 

ская земля. Про то, что творилось на У к р а и н е в 1768 год у, 

сказы ваю та к , к а к слы хал от стары х людей: печатанного и 

— 98 —

критикованного ничего не читал, да, каж ется, и нет ничего. 

Галайда наполовину вы думан, а см ерть ольш анского ктитора 

правдива: есть еще люди, его знавш ие. Гонта и Ж елезн як, 

атаманы того, кровавого дела, может выведены у меня не т а к , 

каковы они бы ли,— за то не ручаю сь. Д ед мой, дай ему бог 

здоровья, к ак начнет р ассказы вать что-нибудь такое, что не 

сам видал, а слы хал, то наперед скаж ет: коли стары е люди 

бреш ут, то и я с ними. 

7*

-«- 

1. Энциклопедический лексикон, том 5. Барская конфедерация 

и «Historja Kr6lewstwa Polskiego» g. s. Bandtke, tom 2. 

2. Вильшана или Ольшаиа—местечко Киевской губернии, Звенигородск 

о го уезда: меж Звенигородкою и Ольшаною по старому шляху Боровиков 

хутор и корчма, где будто бы Ярема Байструк, впоследствии Галайда, 

был у еврея батраком (сказывают старые люди). 

3. Неуниатов поляки называли схизматами. 

4. Про конфедератов так рассказывают люди, которые их видали; 

и не диво: все это была шляхта z honorem*, без дисциплины; работать не 

хочется, а есть надо. 

5. Анахронизм: ктитора ляхи замучили зимою, а не летом. 

6. За гайдамаками ходил кобзарь; его называли слепым Влахом 

(дед рассказывал). 

7. Павла Наливайка живьем сожгли в Варшаве, Ивана Остраницу 

и тридцать старшин козацких после страшных пыток четвертовали и развезли 

их тела по всей Украине. Зиновий-Богдан и сын его Тимофей были 

похоронены в Субботове, возле Чигирииа; Чарнецкий— коронный гетман, 

не в силах взять Чигирин, со злости сжег их .мертвые тела (Георгий К о- 

нисский). 

8. Полковник Богун потопил ляхов в Ингуле. Зиновий-Богдан выре- 

:

не дождавшись третьих петухов, зажег Медведевку местечко меж Чигириным 

и Звенигородкою. 

12. Черный Шлях начинался от Днепра меж устьями речек Сокоревки 

и Посачевки и шел через степи Запорожские, через воеводства К иевское. 

Подольское и В ол ы п ск ое-п а червонную Русь, к Львову. Черным назван 

за то, что по нем татары ходили в Полыву и свои.ми табупа.ми вытаптывали 

траву. 

13. Д о Унии козаки с ляхами жили мирно, и если б не иезуиты, то, 

может, и не ре.зались бы; иезуит Поссенин, легат панский, перв!,|й нача.д 

Унию на Украине. 

14. Керрливка или К ирилловка- село Звенигородского уезда. Червонец, 

подаренный Ж елезняком хлопцу, и до сего времени сохраняетсяу 

сына того хлопца, котором у был дан. я сам его видел. 

1.5. Село Будиша, недалеко от Керелипки; в яру озеро и над озером 

лесок небольшой, зовется Гуналившиною оттого, что там Ж елез1;як сбивал 

ляхов с деревьев. Склепы, где был закопан шляхетский скарб, и до 

с е ю вре.мени видны, только уж е разрушены. 

16. Лнся!!ка— местечко Звенигородского уезда, над речкою Гнилым- 

Тикиче.м. Т ут сошлись Гонта сЖ елезняком и разрушили ст.зринный замок, 

Богданом будто бы построенный. 

17. Майдановка— село, недалеко от Лисянки. 

18. Лебедин—женский монастырь, меж Чигирипым и Зпеннгородкою. 

10. Умапь— уездный город Киевской губернии. 

20. Kawaleria narodowa— так назывались польские драгуны; их тшда 

было в Умани 3000, п все были убиты гайдамаками. 

21. В Умани Гонта убил детей своих за то, что их .мать католичка помогла 

иезуитам обратить их в католическую веру. Млад-апович, товарищ сыновей 

Гонты, видел с колокольни, как они умерли и как школяров базилианской 

В1К0ЛЫ потопил Гонта в колодце. Он много написал о гайдамачине, но 

напечатанного ничего нет. 

22. Изменой взяли ляхи Гонту и страшно замучили. Привезли его, 

закованного, в польский лагерь неподалеку от Балты, с отре.заииым языком 

и правою рукою; Б ., польский генерал, так иелел поступить, чтобы он не 

донес на него; потом палачи раздели его донага и посадили на раскаленное 

железа; потом сняли двенадцать полос кожи со спины. Гонта повел глазами 

и страшно глянул на Б.; тот махнул р у к о ю ,- и разрубили Гонту 

начетверо, развезли куски тела и поприбивали на перекрестках дорог. 

Ж елезняк, узнав, что так страшно ляхи .замучили Гоиту, заплакал, занедужил 

и умер; его гайдамаки похоронили в степи над Диестро.м и разбрелись, 

кто куда. 

23. Вор, разбойник или гайдамака- такая осталась память о гайдамаках 

после Колиивщины. Такими их знают и поныне.

ПОЯСНЕНИЯ 

к ПЕРЕВОДУ ПОЭМЫ 

Перевод выполнен по тексту, подготовленному для украинского 

академического издания сочинений Шевченко. Сноски в тексте поэмы 

указывают на примечания самого Шевченко. Исторические и историколитературные 

комментарии, а также пояснения отдельных украинских 

слов и выражений даны в этом разделе, по главам поэмы, в алфавитном 

порядке. 

[ПОСВЯЩВНИЕ] 

Байдар ы—суда, на которых запорожцы совершали походы по Черному 

морю; эти суда иначе звались «чайками» и вмещали 40—50 человек 

каждое. 

Б у и ч у к— войсковой знак в виде древка с металлическим яблоком; 

к древку привязывались конские хвосты. 

Григорович Василий Иванович (1786— 1865) — конференцсекретарь 

Академии художеств в Петербурге. Принимал участие в выкупе 

Шевченко из крепостного состояния у помещика Энгельгардта. 

Выкуп состоялся 22 апреля 1838 г. В память об этом дне Шевченко и посвятил 

Григоровичу свою поэму «Гайдамаки». 

«Есть отец, для сердца милый (родного не 

с т а л о )...» — повидимому, подразумевается В. И. Григорович, к которому 

обращено посвящение. 

«М а т р е ш а», «П а р а щ а— р адость наш а»— псевдо-народные 

песни. 

«Не подойду с поклоном к премудрому люд 

у ...» — Шевченко решительно отстраняет советы критики перейти 

к сюжетам из дворянского быта и не писать на украинском языке. 

«Посмеются, поглумятся себе на забаву...»— 

Реакционная критика враждебно встретила выход «Кобзаря» Шевченко 

— 102 —

в 1840 г. в Петербурге. Шевченко знает, что так же будут встречены и 

«Гайдамаки». 

С к у т а р и— предместье Стамбула. 

« Т м а , мна знаю, а оксию и нынче незна ю ...» — 

Шевченко в детстве учился грамоте по церковно-славянскому букварю. 

Тма, мна — слоги в этом букваре; окей я— церковно-славянское 

название ударения. 

X 6 р т и ц а— остров на Днепре, где одно время находилась Запорожская 

Сечь. При советской власти в период первой пятилетки 

вблизи острова Х ортица построено грандиозное сооруж ение— Днепровская 

гидроэлектрическая станция им. Ленина. 

ИНТРОДУКЦИЯ 

Интродукци я — вступление. В «Интродукции» Шевченко 

рисует непривлекательную картину политической жизни Польши X V II— 

X V III вв. Ярко и исторически верно поэт подчеркивает разгул и чванство 

польской шляхты, рисует шляхетскую анархию, которая способствовала 

упадку Польши в X V III веке. 

Фактические данные для этого раздела Шевченко взял, как он сам 

говорит в примечании, из двух исторических работ: «Энциклопедический 

лексикон (П люшара), том 5 — «Барская конфедерация» и «Historya Кгбlewstwa 

Polskiego» Bandtke, t. 2. 

Польша в то время была шляхетской республикой, в которой господствовала 

диктатура шляхты. Король избирался шляхтой и находился 

в полной зависимости от нее. Эта «дворянская демократия с монархом 

во главе», «покоящаяся на крепостной зависимости», была «одной 

из самых грубых форм общества» (Ф . Энгельс, Крестьянская война в Германии, 

Маркс и Энгельс, Соч., т. V III, стр. 158). 

Для решения государственных вопросов в Польше существовал общегосударственный 

или «вальный» сейм, состоявший из послов— шляхтичей, 

избиравшихся на местных сеймиках. 

Фактически Польшей управляли крупные землевладельцы— магнаты, 

хотя все шляхетство юридически пользовалось равными правами. Мелкая 

шляхта группировалась вокруг магнатов и была орудием в их руках. 

Магнаты вели постоянную борьбу между собой. 

Конфедерация, конфедерат ы .— Конфедерация— вооруженный 

союз, который имела право создавать польская шляхта для защиты 

своих прав и привилегий. Нередко в разных местах одновременно возникали 

конфедерации, преследовавшие прямо противоположные цели и вступавшие 

между собой в борьбу. Говоря оста конфедерациях, Шевченко 

все ж е преувеличивает их число. Барская конфедерация, о которой идет 

речь, была провозглашена в 1768 г. в городе Баре на Подолии. Барская 

конфедерация выступила против трактата, заключенного 17февраля 1768г. 

— 103 —

РУсСким и польским правительствами об уравнении в правах православных 

дворян и мещан с католиками. Во главе Барской конфедерации 

стояли Красинский и П у л а в с к и й. П а ц выступил позднее как 

руководитель литовских конфедератов. Вооруженные отряды конфедератов 

начали грабить украинское население на Правобережьи, разрушали 

православные церкви и т. д. Действия конфедератов обострили 

брожение среди украинских народных масс, находившихся под жестоким 

социальным и национально-религиозным гнетом польской шляхты. 

В этой обстановке разгула шляхетской анархии и вспыхнуло в мае 1768 г. 

мощное восстание украинского народа против польских панов, известное 

под именем Коли и в щ и н ы. 

«N i е р о Z W а 1 а т ! » — «Не позволяю!»; в шляхетской Польше 

существовал закон, по которому каждый посол (участник сейма) имел 

право опротестовать постановление сейма, заявив о своем .несогласии 

выкриком «Nie pozwalam». Право это называлось «liberum veto» (лат.), 

что значит «свободно запрещаю». Соседние государства; Р оссия, П руссия, 

Австрия подкупали иногда отдельных послов, чтобы те, используя свое 

право «veto», срывали сеймы. 

«Разбрелись конфедерат ы ...»— Шевченко перечисляет 

те местности, где действовали конфедераты. Город Бар на Подолии, где 

засели конфедераты, был взят русскими и польскими королевскими войсками, 

после чего конфедераты перешли в Молдавию. Под Украиной 

здесь надо разуметь, в основном, 1

л н т а н и я— одна из католических церковных служб (чтение акафиста 

святому), отличаювщяся монотонным повторением одних и тех же 

слов. 

«Схизма распевает...» «Неуниатов ляхи называли схиз.матами»,— 

поясняет Шевченко в своих примечаниях. Схизма— греч. слово— 

раскол; схизматы— раскольники. Католики так называли православных 

за то, что те, мол, нарушили церковное единство, не принимают унию 

и не признают власть папы римского. 

КТИТОР 

Описанное в этой главе событие (казнь ктитора) произошло не в 1768, 

а в 1766 г. В местечке Млееве старик Д аниил Кушиир, по предложению 

общины, спрятал церковную дарохранительницу от попа-униата, от которого 

общииа требовала перейти в православпую веру. Униатские ноны 

обвинили Кушиира, будто бы он пил в корчме водку из этой дарохранительницы. 

Смелянский польский комендант Воиж отправил Кушнира в польский 

лагерь иод Ольшану, где оп и был замучен, Ему обернули руки пенькой, 

облили смолой и подожгли в присутствии народа, «с разных сел для 

устрашения старательство.м униатов» согнанного. После этого Кушииру 

отрубили голову, насадили ее на кол н прибили большим гвоздем. Наконец, 

было приказано; «и тело оного мученика сожещи и сожжено так, 

что по сожжении православные люди, вырыв ровик небольшой, только 

оставшийся пепел с некоторой частью костей загребли». 

Это событие произвело сильное впечатление на народ и сохранилось 

в преданиях. «А смерть ольшанского ктитора правдива; есть еще люди, 

его знавш ие...»,— пишет Шевченко в предисловии к «Гайдамакам». 

К главе «Ктитор» Шевченко дал примечание: «Анахронизм: ктитора ляхи 

замучили зимою, а не летом». В действительности же Даниил Кушнир был 

сожжен летом, как правильно и описано в поэме. 

Наливайк о —один из предводителей козацко-крестьянского восстания 

на Украине в 1594— 1596 гг. Был казнен польским правительством 

в Варшаве в 1597 году. 

О смерти Наливайка слож илось много легенд; рассказывали, что его 

сожгли в медном быке. 

ПРАЗДНИК в ЧИГИРИНЕ 

Богун Иван — козацкий полковник, один из ближайших сподвижников 

Богдана Хмельницкого во время освободительной войны украинского 

народа против шляхетской Польши в 1648— 1654 гг. Эпизод, о ко- 

торо.м вспо.минает Шевченко, соответствует действительности, только 

произошел он на реке Южный Буг в 1651 г. во время наступления польского 

войска на Украину. Богун велел прорубить в реке лед и, когда мороз- 

105 —

затянул прорубленные места тонким слоем льда, набросать соломы. Поляки 

стали переправляться через реку и подломили лед. Много их потонуло 

в Буге. 

Булав а— символ гетманской власти; корот;кая палица, украшенная 

золотом, серебром и драгоценными камнями. 

Влах (В ол ох)— здесь: прозвище слепца-кобзаря. В гайдамацких 

отрядах действительно были крестьяне-музыканты, которые своими песнями 

воодушевляли повстанцев. В источниках сохранились упоминания 

о четырех таких музыкантах (трех кобзарях и одном скрипаче), казненных 

польскими панами. 

«Возы, полны стальной тарани: гостинец 

тароватой пан и»— «То есть возы с ножами. Гайдамаки верили, что 

это был подарок щедрой пани, царицы Екатерины II» (как указывает Шевченко). 

Шевченко исторически верно отмечает известные иллюзии среди 

восставших в отношении русского царизма. Видя борьбу русского войска 

против конфедератов, украинское крестьянство думало, что Екатерина П 

поддерживает его борьбу против польских панов и хочет уничтожить их 

власть. 

Головаты й— Ш евченко, должно быть, имеет в виду последнего 

судью запорож ского войска Павла Головатого; о причастности Головатого 

к Колиивщине исторических данных нет. 

Гонта Иван— уманский сотник надворных Козаков; происходил из 

крестьян села Росошек на Уманщине. Польские паны для охраны своих 

имений от гайдамаков собирали козацкие отряды. Такой отряд 

собр ал для охраны города Умани владетель этого города польский 

магнат Потоцкий. В числе Козаков этого отряда был и Гонта, назначенный 

со временем сотником и получивший во владение от Потоцкого два села— 

Орадовку и свое родное село Росошки. Когда Ж елезняк приближался 

к Умани, Гонта, посланный для борьбы с гайдамаками, присоединился 

к Ж елезняку и вместе с ним взял Умань, истребив здесь много польской 

шляхты. 

Господар и— князья Молдавии и Валахии (княжеств, составивших 

впоследствии Румынию). Были в то время вассалами турецкого султана. 

Громад а — козацкая община; здесь— собрание Козаков. 

Железняк Максим— вождь Колиивщины. По происхож дению-- 

сын крестьянина села Медведёвки на Чигиринщине (Правобережье); 

после смерти отца 13-летним мальчиком ушел на Запорожье, где прожил 

более десяти лет, батрача у зажиточных Козаков; осенью 1767 г. поступил 

послушником в Онуфриевский монастырь, а затем, весной 1768 г., перешел 

в Мотронинский монастырь под Чигирином. В лесном урочище близ 

монастыря, называемом «Холодный Яр», Ж елезняк организовал крупный 

гайдамацкий отряд и во второй половине мая 1768 г.во главе своего отряда 

двинулся к Умани. 

— 106 —

Конашеви ч— Петр Конашевич-Сагайдачный, гетман Украины 

с 1614— 1622. 

К о ш е в о й— во главе Запорожской Сечи или Запорожского Коша 

стоял атаман, называемый кошевым атаманом или просто кошевым. 

«Припомним гетманов державны х ...» — Для изображения 

упоминаемых в тексте и примечании событий и лиц Шевченко 

пользовался рукописной «Историей Русов» (автором которой считали 

Георгия К онисского), как говорит он сам в своем примечании, а также 

«Историей Малой России» Бантыш-Каменского (см. у Бантыш-Каменск 

ого сожжение польным гетманом Стефаном Чарнецким в 1664 г. Субботова, 

а также уничтожение могилы и сожжение останков Хмельницкого 

и его сына Тимофея); кроме того, Шевченко широко привлекал как 

источники народные предания и песни. 

Настоящее имя Наливайка было Северин, а не Павел, как называет 

■его Шевченко согласно с «Историей Русов». 

Остраница Яков—запорожский гетман, предводитель восстания 

против польских панов на Украине в 1638 г. 

«Речь благочинного слышн а ...»— Здесь, очевидно, 

разумеется игумен Мотронинского монастыря и правитель православных 

церквей на Правобережьи— Мелхиседек Значко-Яворский, который при 

поддержке царского правительства активно боролся против унии. Имеются 

, однако, материалы, свидетельствующие, что во время Колиивщины 

Мелхиседека в Мотронинском монастыре не было— он находился в это 

время на Левобережьи (в Переяславе). 

«Росьи Желты-Вод ы ...»—Ж елтые Вод ы— речка, впадающ 

ая в Ингулец (приток Днепра); на Ж елтых Водах Богдан Хмельницкий 

нанес первое поражение польскому войску 6 (16) мая 1648 г. 

К о р с у н ь— местечко на реке Р о с ь, где Богдан Хмельницкий 

разгромил 16(26) мая 1648 г. главные силы польской армии и взял в плен 

обоих гетманов— коронного Потоцкого и полыюго Калиновского. Цифру 

40 тысяч (названную им в примечании) Шевченко заимствовал, как видно, 

из народных песен о восстании 1648— 1654 гг., в которых говорится то 

о 40 тысячах поляков, то о 40 тысячах Козаков. 

«Сама писал а ...»— Екатерина П. Были распространены слухи, 

■будто бы Екатерина И выдала «Золотую грамоту», в которой приказывает 

истреблять польских панов. 

Смел а—местечко на реке Тясмине на Киевщине. 

Тара с —Тарас Федорович («История Русов» называет его Трясило)— 

.гетман запорожских Козаков; стоял во главе восстания против польских 

панов на Украине в 1630 г. Под Переяславом на речке Альте 

22 мая 1630 г. (ст. ст.) Тарас Трясило разгромил польскую армию во 

главе с гетманом Конецпольским. Шевченко воспел эту победу в одном 

и з ранних своих произведений— «Тарасова ночь». 

— 107 -

Ч н г и р и н - город на реке Тясмиие (правый приток Днепра) на 

Киевщине, был при Богдане Хмельницком гетманской резиденцией. По 

преданию, монахи Мотронинского монасп.гря (в окрестностях Чигирина) 

освятили ножи повстанцам-гайдамакам. С этими ножами гайдамаки и 

пошли истреблять польскую шляхту. Восстание действительно началось 

с молебна в Мотрошшском монастыре, что подтверждается показаниями 

гайдамаков. Молебен состоялся в мае месяце, повидимо.му, на троицын день, 

приходившийся в 1768 г. па 18 мая (29 мая и. ст.), а не против «ночи Mail 

о в е я» (праздник Маккавея 1 августа), как говорит дальше Шевченко. 

«Ясповельл1 ожный верхом на булано м»— обобщенный 

образ гетмана украинского козачества, ведущего козацкое войско 

против иноземных захватчиков. 

ТРЕТЬИ пгсту.хи 

К а т в л а д ы ч и т - К ат— по украински: палач. Шевченко говорит 

о ненавистном ему царе Николае I. 

Свячён ы й освященный нож гайдамаков (см. выше— пояснение 

к слову «Чигирин»). 

«Хоть видал ты Р о с ь, и А л ь т у, и С е н у ...» — Шевченко 

сравнивает «Тарасову ночь» на реке Альте 1630 г. и «Варфоломееву ночь» 

1572 г. на реке Сене в Париже, когда французские католики вырезали 

гугенотов (протестантов): и в том и в другом случае пролилось много 

кропи, чему способствовала политика римской церкви. 

Черкасс ы—город иа Днепре. 

КРОВАВЫЙ ПИР 

Г а л а й д а— по-украински: скиталец, бездомный. На Запорожьи 

существовал обычай давать новое прозвище принимае.мому в состав войска. 

«И кровь полилася до Волыни. А в Полесьн 

Гонта пир справ л яе т » ...— Указание на то, что восстание 

распространилось на Полесье и даже на Волынь, соответствует действительности. 

Сам Гонта, однако, в Полесьи с гайдамаками не был. 

Кане в— город на Днепре на Киевщине. Близ Канева находится 

могила Шевченко. 

Л и с я н к а —местечко на Киевщине. 

Р е е с т р—список козаков-гайдалшков. 

ГУПАЛЙВЩИНА 

«Венков не святил и» —На Украине существовал обычай святить 

венки на праздник Маккавея; Шевченко же, как известно, приурочивает 

начало восстания ко дню Маккавея. 

Г у п а л и в щ и н а— название произошло от украинского междометия 

«гуп», выражающего глухой звук от падения или удара. 

— 108 —

Кирилловк а— В Кирилловне Шевченко родился и провел свое 

детство. Теперь Кирилловка— село Шевченково на Киевщине. 

«Ксендзы, й е 3 у и т ы»— Иезуиты— монахи воинствующего католического 

духовного ордена. Главная роль в пропаганде унии принадлежит 

известному иезуитскому проповеднику Петру Скарге н папскому 

легату (послу) Антонию Поссевину, ездившему в М оскву с целью 

склонить царя Ивана IV в католичество. О Поссевине и говорит Шевченко 

в своем примечании. С введением унии социально-экономическое 

угнетение украинских народных масс усугубилось национальнорелигиозным 

гнетом. Об этом гнете и роли иезуитов Энгельс пишет; «...в 

X V I веке, когда в Польше господствовали иезуиты, православных 

русских подданных Польши принуждали переходить в римскую церковь» 

(М аркс и Энгельс, Соч., т. X V I, ч. II, стр. П ). 

ПИР в 

ЛИСЯНКЕ 

«Вечерело. Над Лисянкой...»—Перенося встречу Железняка 

с Гонтой в Лисянку, Шевченко отступает от исторической действительности. 

Гонта присоединился к Ж елезняку только под Уманью. 

«Вот копей к а... посмотри-к а!»— Существовало, видимо, 

народное предание о том, что царские копейки были условным знаком, 

по которому гайдамаки узнавали друг друга. 

Г р е б л я— по-украииски: плотина. 

Э а п а с к а —женская одежда, состоящая из двух отдельных кусков 

материи, заменяющая ю бку. 

Лебеди н—женский монастырь, как поясняет Шевченко. Лебединский 

женский монастырь возник в 1779 г., следовательно, во время Колиивщины, 

в 1768 г., он еще не существовал. 

Чеботарь — сапожник. 

ЛЕБЕДИН 

«Загребай, мама, жар, ж а р ...» — слова из украинской свадебной 

песни. 

Исаия 

лику й— свадебное церковное песнопение. 

ГОПТА в УМАИИ 

Б а 3 и л и а и ц ы, базилиане— монахи униатского ордена св. Василия, 

и.мевшие в Умани свою школу. 

«Поскакал и ... п а г о d о w 1»— Приведенная в примечании Шевченко 

цифра убитых драгун—3000— является преувеличенной. 

Убийство детей Гонты. В действительности Гонта не 

убивал своих детей. У него было четыре взрослых дочери и один сын. 

Сведения об убийстве Гонтой своих сыновей Шевченко взял из произведения 

польского писателя Чайковского «Вернигора», который ссылается 

— 109 —

на мемуары Младанопича (сына убитого уманского губернатора). Однако 

в напечатанных мемуарах Младановича об убийстве сыновей Гонты не 

упоминается. 

В примечании Шевченко ошибочно смешал Младановича с «безымянным 

учеником уманским», о котором Чайковский говорит, что он «во время 

всей той резни сидел под колокольней базилианского костела». 

Во времена Шевченко существовало народное предание, будто бы сын 

Гонты ж ив, скрывается «где-то на Волошине» (Валахии) и что он возглавит 

восстание крестьян против панов. 

У м а н ь —один из крупных городских центров Правобережья в 

60-х гг. X V 111 столетия. 

«Хвал и лися гайдамак и»— Эпиграф взят из народной 

песни о Швачке— одном из вождей гайдамачины. Эту песню Шевченко 

очень любил и часто певал ее. 

эп и л ог 

Минея, Четьи-Минеи— книга «жития святых» на каждый день. 

«Не п о книжкам я т о л к у ю ...» — Эти слова не совсе.м 

соответствуют действительности. Как показывает изучение текста «Гайдамаков» 

и примечаний к ним, Шевченко кроме знакомства с народными 

преданиями, которые были основным источником при написании «Гайдамаков», 

прочитал немало книг и статей по истории Украины и Польши, 

а также произведений польских писателей. 

«Погуляли гайдамак и ...» — Гонта и Ж елезняк с гайдамаками 

были взяты под Уманыо царским войском, которое, разбив конфедератов, 

вместе с польской шляхтой начало подавлять движение. Гонта был 

передан польским властям, а Ж елезняка отправили в Киев. Военно-судебная 

комиссия, назначенная коронным ловчим Браницким, приговорила 

Гонту к жесточайшей казни. 

Ж елезняка киевская губернская канцелярия приговорила «бить кнутом, 

дать сто пятьдесят ударов и, вырезав ему ноздри и поставя на лбу 

и щеках указные знаки, сослать в Нерчинск в каторжную работу вечно». 

По дороге в ссылку Ж елезняк бежал, но был пойман. В конце 1769 или 

в начале 1770 года Ж елезняк, как говорит Державин, сидел под арестом 

в М оскве, откуда, очевидно, и был отправлен в Нерчинск. Где умер 

Ж елезняк— неизвестно. 

«Сечь родная погибла, распалас ь ...» — В 1775 г. 

Екатерина 11 уничтожила Запорожскую Сечь. Часть запорожцев бежала 

за Дунай в турецкие владения, где образовала Задунайскую Сечь. Часть 

ж е вошла в состав так называемого Черноморского козачества, переселенного 

затем на Кубань и образовавшего кубанское войско. 

Старший паучпый сотруд1Шк 

Института истории Украины Академии наук УССР 

К . Г у С Л и с т ы й.

СОДЕРЖАНИЕ 

-ОФ - 

Тарас Шевченко и его поэма «Гайдамаки». Александр Дейч. 

«ГАЙ Д АМ АКИ » 

[П о св я щ е н и е ].............................. 13 Г у п ал й вщ и н а..................... 64 

Интродукция .............................. 21 Пир в Л и с я н к е ................. 69 

Ярема .......................................... 23 Л ебедин.................................. . . 79 

К о н ф е д е р а т ы .............................. 27 Гонта в У м а н и ................. 83 

Ктитор .......................................... 32 Эпилог .................................. 93 

Праздник в Ч игирине. . . . 40 П р е д и с л о в и е ..................... 98 

Третьи п е т у х и .......................... 53 Примечания Ш евченко . . . 100 

Кровавый пир .......................... 58 

Пояснения к переводу поэмы. К- Гуслистый....................................... 10? 

Автопортрет с офорта Т. Г. Ш евченко. 

Г 

J

S: ' 

Ответственный редактор М. Ф. Рыльский. 

Технический редактор Н. Греймер. 

К орректор А. Мискарьянц. 

Унолномоч. Главлита А-420. Тира1К 

20.000 эчз. С. П. Л! 131. Сдана в произв. 

1.5/1 1939 г. Подписана к печати 27/11 

1939 г. Колич. печ. листов 7. Учет.-издат. 

лист. 7,27.Колич. печ. знак, в листе 34560. 

Бумага 70x100 с м .'/ц . Зак. 127. 

Цепа 4 р. Переплет 2 р. 

16-я типография треста «Полиграфкнига». 

Москва, Трехпрудный пер., 9. 

2^

I 

f e - 

Ш 

Kt 

4* 

P -. ‘I jiI :iV

_ 5 = r 

i- 

'- i= S r-;= ^ ,^ 

~ "

Шевченко, Т. Г. Гайдамаки

Transform your PDFs into Flipbooks and boost your revenue!

Delete template?

Save as template ?