Views
7 months ago

2018 чб тп +5 мм

‘1 (112) март

‘1 (112) март 2018 г. ПРАКТИЧЕСКАЯ МЕДИЦИНА 125 Рисунок 6 Двухмерная эластография аденомы ОЩЖ сдвиговой волной (аппарат Aixplorersystem (SupersonicImagine, France) видной железы была статистически достоверной (p < 0,001). Однако, по мнению A. Chandramohan и соавт. (2018), точечная ЭСВ имеет ряд ограничений. Во-первых, ОЩЖ находятся в анатомической близости к сонным артериям, передаточная пульсация с которых может создавать артефакты движения и влиять на точность измерений скорости боковой волны, что может дать ложную картину опухолевого поражения ОЩЖ. Этого можно избежать при наклоне УЗ-датчика медиальнее от сонной артерии. Во-вторых, могут возникнуть сложности в измерении скорости сдвиговой волны при вытянутой форме и малых размерах ОЩЖ, а также при их локализации в жировой клетчатке шеи [34]. Метод двухмерной (2D-SWE) ЭСВ основан на создании нескольких точек давления по глубине, в результате чего сдвиговые волны формируют фронт в виде конуса Маха. В отличие от точечной ЭСВ данное исследование включает визуализацию не только в серой шкале, но и в режиме цветового кодирования, когда определенному цвету соответствует свое значение жесткости. В ультразвуковой системе Aixplorer красным цветом принято обозначать более жесткие образования, используя красный цвет, как маркер потенциальной опасности злокачественных изменений. Мягкие структуры картируются синим цветом, ткани с промежуточными показателями жесткости — желтым или зеленым оттенками. Методдвухмерной ЭСВ позволяет получить информацию о том, в каких участках ткани в рамках цветового окна распространение сдвиговых волн было не достаточным для проведения точных измерений и получения воспроизводимых результатов (рис.6) [30]. В литературе имеется ряд исследований, посвященных определению диагностической ценности двухмерной ЭГ-СВ для топической диагностики ОЩЖ при ГПТ. A. Batur и соавт. (2016) показали, что аденомы ОЩЖ по жесткости занимают промежуточное положение между доброкачественными и злокачественными узловыми образованиями щитовидной железы. Средняя скорость сдвиговой волны у доброкачественных узлов щитовидной железы составила 2,20 ± 0,39 м/сек, у аденом ОЩЖ — 3,09 ± 0,75 м/ сек, у ракащитовидной железы — 3,59 ± 0,43 м/сек (р < 0,001). Был сделан вывод, что скорость сдвиговой волны ниже 2,48 м/сек может использоваться в качестве дифференциально-диагностического признака между доброкачественными узлами щитовидной железы и аденомами ОЩЖ и (чувствительность 85,7 % и специфичность 75 %). Скорость сдвиговой волны выше 3,24 м/сек может использоваться в дифференциальной диагностике рака щитовидной железы от аденом ОЩЖ ( чувствительность 74 % и специфичность 72 %) [35]. Исследование Azizi G. и соавт. (2016) включало больных с лабораторно подтвержденным диагнозом ПГПТ, большинство из которых перенести паратиреоидэктомию с последующим гистологическим подтверждением диагноза аденомы ОЩЖ. При аденомах ОЩЖ скорость сдвиговой волны составляла 2,02 м/сек (1,53–2,5), а в ткани щитовидной железы — 2,77 м/сек (1,89–3,7) (p

126 ПРАКТИЧЕСКАЯ МЕДИЦИНА ‘1 (112) март 2018 г. дифференциальной диагностики между аденомой и гиперплазией ОЩЖ с помощью двухмерной ЭСВ может помочь в определении объема и способа оперативного лечения ГПТ. Так при обнаружении единственной патологически измененной ОЩЖ с высокой скоростью сдвиговой волны (что характерно для аденомы ОЩЖ) может быть выполнена минимально инвазивная операция. В случае выявления измененной ОЩЖ с низкой скоростью сдвиговой волны необходимо рассмотреть вопрос о двухсторонней ревизии шеи, поскольку в этом случае высок риск гиперплазии нескольких ОЩЖ [37]. В исследовании Golu I. и соавт. (2017) с помощью метода двухмерной ЭСВ рассчитывали модуль Юнга (индекс эластичности — Elasticity Index — E main) патологически измененных ОЩЖ (22 больных первичным или третичным ГПТ) и нормальной тиреоидной паренхимы ЩЖ (43 здоровых добровольца). Среди пациентов с ГПТ согласно гистологическому заключению в 21 случае были выявлены аденомы ОЩЖ и в 1 случае — гиперплазия ОЩЖ. Среднее значение модуля Юнга для патологически измененных ОЩЖ составило 10,2 ± 4,9 кПa и было достоверно ниже, эластичности нормальной тиреоидной паренхимы — 19,5 ± 7,6 кПa (p=0,007). Значение модуля Юнга менее 12,5 кПa было предложено в качестве отрезной точки для диагностики аденом ОЩЖ (чувствительность 93 % и специфичность 86 %) [38]. Таким образом, пилотные исследования, касающиеся определения диагностической ценности ультразвуковой эластографии сдвиговой волной при гиперпаратиреозе, показали, что метод является перспективным как для дифференциации гиперплазии, аденом и рака околощитовидных желез между собой, так и для их дифференциальной диагностики с очаговыми образованиями щитовидной железы и лимфатическими узлами шеи. Включение ультразвуковой эластографии сдвиговой волной в алгоритм топической диагностики гиперпаратиреоза требует проведения дополнительных исследований с целью определения пороговых значений средней скорости сдвиговой волны и/или индекса эластичности для возможности принятия однозначных решений дифференциально-диагностических задач при гиперпаратиреозе. Представляется, что ультразвуковая эластография сдвиговой волной в дальнейшем позволит снизить необходимость в применении инвазивных и дорогостоящих методов топической диагностики гиперпаратиреоза, с одной стороны, и облегчит принятие решений в отношении необходимости, объема и способа оперативных вмешательств — с другой. КОНФЛИКТ ИНТЕРЕСОВ. Авторы статьи подтвердили отсутствие конфликта интересов, финансовой поддержки, о которых необходимо сообщить. Литература 1. Дедов И.И., Мельниченко Г.А., Мокрышева Н.Г. и соавт. Первичный гиперпаратиреоз: клиника, диагностика, дифференциальная диагностика, методы лечения// Проблемы эндокринологии. — 2016. — №6. — С.40–77. 2. Sharretts J.M., SimondsW.F. Clinical and molecular genetics of parathyroid neoplasm// Best Pract Res Clin Endocrinol Metabol. — 2010. — №24(3). — P. 491–502. 3. Portillo M.R., Rodríguez-Ortiz M.E. Secondary Hyperparthyroidism: Pathogenesis, Diagnosis, Preventive and Therapeutic Strategies// J Endocr Metab Disord.— 2017. —№18(1). — P.79–95. 4. Ветчинникова О.Н. Гиперпаратиреоз при хронической болезни почек// Эффективная фармакотерапия. — 2013. — №44. — C. 26–38. 5. Switzer N.J., Marcil G., Prasad S. et al. Long-term hypovitaminosis D and secondary hyperparathyroidism outcomes of the Roux-en-Y современные вопросы диагностики gastric bypass: a systematic review// J Obes Rev. — 2017. — №18(5) — P.560–566. 6. Borges J.L.C., Miranda I.S.M., Sarquis M.M.S. et al. Obesity, Bariatric Surgery, and Vitamin D// J Clin Densitom. — 2017. — №2 — P. 1–6. 7. KDIGO clinical practice for the diagnosis, evaluation, prevention and treatment of Chronic Kidney Disease — Mineral and Bone Disease (CKD-MBD)// Kidney Int. Suppl. — 2009. — №113. — P. 1–130. 8. Jamal S.A., Miller P.D. Secondary and tertiary hyperparathyroidism// J Clin Densitom. https://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/23267748 — 2013. — №16(1) — P. 64–8. 9. Adami S., Marcocci C., Gatti D. Epidemiology of primary hyperparathyroidism in Europe// J Bone Miner Res. — 2002. — №17(2) — P. 1118–1123. 10. Hindie E., Ugur O., Fuster D. et al. Parathyroid Task Group of the EANM. 2009 EANM parathyroid guidelines// Eur. J. Nucl. Med. Mol. Imaging — 2009. — №36. — P. 1201–1216. 11. Grant C.S., Thompson G., Farley D. et al. Primary hyperparathyroidism surgical management since the introduction of minimally invasive parathyroidectomy: Mayo Clinic experience// Arch. Surg. — 2005. — №140. — P.472–478. 12. Wilhelm S.M., Wang T.S., Ruan D.T. et al. The American Association of Endocrine Surgeons Guidelines for Definitive Management of Primary Hyperparathyroidism// JAMA Surg. — 2016. — № 151(10). — P. 959–968. 13. Пампутис С.Н., Лопатникова Е.Н. Дифференциальная диагностика образований шеи// Вестник новых медицинских технологий — 2015. — Т.22. — №4 — С.74–78 14. Takada N., Hirokawa M., Suzuki A. Diagnostic value of GATA-3 in cytological identification of parathyroid tissues// Endocrine J. — 2016 — №63(7) — P. 621–626. 15. Пампутис С.Н., Александров Ю.К. ,Патрунов Ю.Н. и соавт. Диагностика измененных околощитовидных желез при лечении первичного гиперпаратиреоза интерстициальной лазерной фотокоагуляцией// Российский медико-биологический вестник имени академика И.П. Павлова — 2014. — №1 — С.97–102. 16. Слепцова Е.А., Гончар А.А. Ультразвуковое исследование с использованием бальной шкалы в дифференциальной диагностике аденомы и гиперплазии паращитовидной железы// Дальневосточный медицинский журнал — 2015. — №1ю — С. 33–36 17. Кузнецов Н.С. и соавт. Методы топической диагностики при первичном гиперпаратиреозе. Сравнительная характеристика// Эндокринная хирургия — 2012. — №2. — С. 4–11. 18. Bradley S.J., Knodle K.F. Ultrasound based focused neck exploration for primary hyperparathyroidism // AmJSurg.—2017. — V. 213(3). — P. 452–455. 19. Калинин А.П. Визуализирующие методы исследования околощитовидных желез при первичном гиперпаратиреозе. — М.: МОНИКИ, 2008. 20. Кульвинский А.С., Юрковский А.М. Паращитовидные железы при гиперпаратиреозе: анатомо-топографические и сономофологические аспекты (обзор литературы)// Проблемы здоровья и экологии — 2012. — № 1(31). — С. 7–12. 21. Solbati L., Osti V., Cova L. et al. Ultrasound of thyroid, parathyroid glands and neck lymph nodes// Eur. Radiol. — 2001. — №11. — P. 2411–2424. 22. Mc Clenigan F., Qureshi A. Parathyroid cancer// J Gland Surgery–2015. — V.4(4). —P. 329–338. 23. Castro M. A., Lopez A. A., Fragueiro L.M. et al. Giant parathyroid adenoma: different aspects compared to parathyroid carcinoma// Endocrinol Diabetes Metab Case Rep.–2017. 24. Heizmann O., Viehl C.T., Schmid R. et al. Impact of concomitant thyroid pathology on preoperative workup for primary hyperparathyroidism. Eur J Med Res. 2009. — №14(1) — P.37–41. 25. Сенча А.Н. Ультразвуковая диагностика. Поверхностнорасположенные органы — Москва: Издательский дом Видар&М, 2015. — 512 с., ил; 26. Слепцова Е.А., Гончар А.А. Возможности ультразвукового исследования в дифференциальной диагностике образований паращитовидных желез и лимфатических узлов// Медицинские новости — 2014. — №7. — С.73–76. 27. Agha A., Hornung M., Stroszczynski C. et al. Highly efficient localization of pathological glands in primary hyperparathyroidism using contrast-enhanced ultrasonography (CEUS) in comparison with conventional ultrasonography// J Clin Endocrinol Metab. — 2013. — №98(5). — P. 2019–25. 28. Hornung M., Jung E.M., Stroszczynski C. et al. Contrast-enhanced ultrasonography (CEUS) using early dynamic in microcirculation for localization of pathological parathyroid glands: first-line or complimentary diagnostic modality?// Clin Hemorheol Microcirc — 2011. — № 49(1-4) — P.83–90. 29. Uller W., Jung E.M., Hornung M. et al. Evaluation of the microvascularization of pathologic parathyroid glands in patients with primary hyperparathyroidism using conventional ultrasound and contrast-enhanced ultrasound// Clin Hemorheol Microcirc. — 2011. — №48(1). — P. 95–103. 30. Sigrist R.M.S., Liau J., Kaffas A.E. et al. Ultrasound Elastography: Review of Techniques and Clinical Applications// Theranostics. — 2017. — V.7(5) — P. 1303–1329.

JUNE 2018 SUN CITY GOLD (5)
The Compass, Volume 1, Issue 5, May 2018
5-11 February 2018 - 16-min
Guitar Connoisseur - Guitar Connoisseur John 5 Spring 2018
October 5 2018 4ebook
Travellive 5 - 2018
October 5 2018 4ebook
Jurnalul 5 februarie 2018
5
- 5%
5
5
5
ПЯ 2018 №5
Jurnalul 5 ianuarie 2018
AUGUST 2018
rsrapport 2018
August 2018
ebassy 2018
BROCHURA 2018
plantART 2018
Pieces 2018
Storykeepers (2018)
Northscape_eMag_Issue2-2018
2009 - 2018
Synchronicity-2018
Augenblicke 2018