Views
5 months ago

Vostraŭ I

эсэ Вікторыі

эсэ Вікторыі Кірыльцавай візуал Юліі Абрамчык Тело моё соткано из миллиардов атомов планет, доставленных из самых отдалённых уголков вселенной. Мне хочется думать о том, что некоторые мои атомы помнят о сотворении мира, а может быть, я остригла их вместе со своими волосами, и нисколько об этом не жалею. Я прошла все эволюционные стадии: от червя, копошащегося в грязи и жующго комок водорослей, до огромного белого кита-касатки, наверное, из рода тех самых, кто поёт из глубин океана свою китовую песню чёрному небу. Я смотрю в зеркало, а оттуда на меня в упор глядит пара маленьких крокодильих глаз с яркой жёлтой каймой и узкими опасными вертикальными зрачками. Я поднимаю руку чтобы расчесать волосы, но вместо неё на мою голову стекает слизь огромного осьминожьего щупальца. Кровь моя говорит во мне тем странным забытым языком диких людей гор, пещер, болот и равнин, которые сидели у первобытного огня, укутавшись в свои тёплые звериные шкуры. Этот громкий, полузвериный рык вырывается из груди, когда бывает особенно больно, страшно или одиноко, он стекает со слезами из глаз, с силой вырывается из груди вместе с криком на обидчика, горит ясным огнём, охваченный любовью и страстью. История и род мой насчитывает не так уж и много времени по сравнению с существованием нашей Земли, а уж тем более вселенной. Но история его, тем не менее яркая и пёстрая, напоминает рождественский калейдоскоп в руках ребёнка. На заре я была невзрачной глиняной табличкой, на которой древний египтянин оставлял свои письмена. Моё тело стекало свежей чернильной каплей с пера Шекспира, когда он шептал вслед за своим письмом «To be, or not to be». Я была соломинкой на костре инквизиции и звеном в цепи, сковавшей чернокожих рабов. Я была предпоследней ступенькой на стремянке, на которой стоял Леонардо, рисуя глаза Девы Марии в Сикстинской капелле. Но потом я захотела осуществиться, и с этим мне повезло. Сначала со мной было слово. И слово было у Бога и меня, и мы делили его с ним будто старые приятели в пивной делят поровну между собой скудный ужин и остатки вина. Позже было всё остальное: стремление, чувство, амбиция, страх и неуверенность. На сначала было слово. Мой дедушка был рыбаком. Это первое слово досталось мне от него в наследство и награду просто за то, что я была рождена. Он обучил меня петь вместе с ним песни о море, и я решила погрузиться с головой в мир музыки и освоить несколько музыкальных инструментов. Он читал со мной рассказы, и я неплохо успевала по языкам, литературе и истории. Он ходил со мной на прогулки в парк, и с того момента я полюбила путешествия. Мне не досталось от него ни пронзительных добрых голубых глаз, ни мягких чуть светлых волос, зато досталась любовь к творчеству и любовь смотреть на мир и видеть его широко открытыми глазами. Его ростки, любовно посаженные и взлелеянные, проросли глубоко во мне, и мне хочется верить, ещё принесут плоды. Передо мной сплетается тугим морским узлом настоящее прошлое и будущее. И пока я в нерешительности заношу ногу перед следующим шагом, мой внутренний голос из будущего шепчет мне: «Действуй! В тебе есть сила менять этот мир».

ArsOvi No4
ArsOvi No1
ArsOvi No3
The Metaphysical Magazine Vol I Issue 2 - Swami Vivekananda
ArsOvi No5
ArsOvi No6
ArsOvi No7
ArsOvi No2
Kolk Essay; What do I SEE, what do you LOOK at
ALICIA COBOS RECIO - Architecture, design and art PORTFOLIO - ENGLISH
Plani i Përdorimit të Radio Frekuencave në Republikën e Kosovës ...
Digital Media and Japanese Graphic Design: Its Past and Future (sample)
CÔNG TY TNHH THƯƠNG MẠI HỢP PHÁT - Giacavattu.com
Zivot i Obicaji Muslimana u Bosni i Hercegovini
Šesto poglavlje – Grafika, digitalni medij i multimedija